О том, как всё это было, Валентина Михайловна рассказала нашему корреспонденту:
- До войны у нас было не село, а картинка: улицы заасфальтированы, наружное освещение. А теперь, почти через девять месяцев после изгнания карателей, много развалин, разбитые дороги. Украинские вояки гоняли на своих БТР под жёлто-голубыми флагами по улицам, специально разбивая асфальт, а потом в упор расстреливали наши дома. Один из таких стрелков поплатился: его БТР был разбит прямым попаданием, а сам он повис на проводах электроопоры. Говорят, эта картинка обошла многие телеканалы мира. Однако погибшим, искалеченным, оставшимся без крова от этого не легче…
27 августа прошлого года у нас начались такие бои, которых старожилы, как они сами утверждают, не видели даже в годы Великой Отечественной войны. Грохот стоял почти непрерывный. Мы прятались в подвалах. Но голод – не тётка: приходилось выходить наружу, чтобы накопать в огороде лук и картошку.
Я разговаривала с солдатом из батальона «Днепр». Это именно его сослуживец потом обстреливал дома. Я спросила у него: зачем он пришёл сюда, за что воюет? Он ответил: «Я воюю за свою землю». «Но ведь мы на твою землю не покушаемся, – возразила я. – Это ты приехал к нам. Зачем?» «Мы приехали, чтобы у нас были европейские дороги», – сказал этот вояка с берегов Днепра.
Странные люди! Вместо того чтобы спокойно работать и строить эти самые дороги, они приехали к нам убивать и разрушать, в том числе и дороги.
Так вот. Пока мы копали картошку, начался обстрел. Снарядом из гаубицы снесло полстены моего дома, однако мы успели нырнуть в подвал. Стрельба на время прекратилась, и мы подумали: пронесло! Но наверху послышались топот, разговоры. Я подумала, что надо выглянуть наружу и сказать, что в подвале только моя семья, иначе они, как это у них водится, откроют ляду и забросают подвал гранатами.
Поднялась по лесенке, отбросила ляду… И тут же взрыв гранаты. Очнулась я уже в больнице… Нет ни руки, ни ноги.
Однажды в госпитале ко мне подошёл украинский пленный, мы разговорились. Вот тогда он мне и сказал, что некоторые жители нашего села носили оккупантам не только еду и воду, но и списки тех, кто проводил референдум. По этим спискам арестовывали и убивали людей. Один из этих предателей – Василий Матвиенко – до сих пор живёт в нашем селе.
- А как Ваш внук пережил эти страшные дни?
- Он вместе с нами всё это время сидел в подвале. У него день рождения в конце августа, и он всё повторял, что никогда в жизни у него не было такого плохого дня рождения. А как увидел меня всю в крови, с оторванными конечностями – тогда и поседел.
Хотя война и ушла из нашего села, внук никак не может её забыть. Уже весной на уроке труда учительница попросила детей слепить предмет, который им больше всего нравится. Так вот Ванечка слепил из пластилина танк. Когда учительница спросила, почему именно танк, он ответил: «Я хочу, чтобы такой вот танк убил Порошенко, из-за которого моя бабушка осталась калекой».
Тысячи подобных историй вам расскажут в любом селе, в любом городе и посёлке освобожденного Донбасса. И везде будут повторять одни и те же слова: «Не забудем, не простим».
Украинская военщина продолжает наращивать обстрелы мирных кварталов, снова гибнут и остаются калеками женщины, дети, старики. Вот такое у нас перемирие – карикатурное соблюдение минских соглашений.
