Пятница, 01 Декабря 2017 19:11

Биткойн — репетиция новых мировых денег

Профессор Катасонов о том, что скрывается за проектом создания валюты USC

Время от времени в мировых СМИ появляются лаконичные сообщения о проекте создания цифровой валюты под названием utility settlement coin (USC). По-русски ее можно назвать «валютой практических расчетов» (ВПР). Летом прошлого года газета Financial Times сообщила, что четыре ведущих мировых банка объединили усилия для разработки цифровой валюты, которую они надеются сделать стандартным инструментом расчётно-клиринговых операций для обслуживания сделок на рынках ценных бумаг.

Что это за банки? Мировые гиганты: швейцарский UBS, немецкий Deutsche Bank, итальянский Santander и американский BNY Mellon. Плюс к этому к компании четырех банков присоединилась британская компания ICAP, крупнейший мировой брокер межбанковских транзакций. Данное объединение было названо международным консорциумом по разработке цифровой банковской цифровой валюты. Следует отметить, что консорциум начинал разработку не с «нуля». Оказывается, над проектом ВПР уже работал швейцарский банк UBS, остальные банки присоединились к проекту.

Как заявили участники консорциума, новая валюта будет иметь некое сходство с уже имеющимися криптовалютами типа биткойна. Но она будет использоваться внутри банковского сообщества для взаимных расчетов, поэтому никакой анонимности участников сделок быть не может (как в случае с использованием биткойн или иных частных криптовалют). Главной «фишкой» расчетов на основе ВПР будет использование технологии «блочных цепей» («блокчейн»), которая позволяет обходиться без посредников (банков), снижать издержки расчетов и повышать их скорость.

Financial Times также сообщила, что участники соглашения планируют в течение ближайшего года представить описание проекта ПРД соответствующим центробанкам и финансовым регуляторам, чтобы получить их одобрение, а в начале 2018 г. начать коммерческое использование ПРД «в ограниченном количестве низкорисковых операций».

Следовательно, учитывая привязку участников консорциума к таким странам, как Швейцария, Германия, Италия и США вопрос о легализации ПРД должен рассматриваться как минимум в таких инстанциях, как Национальный банк Швейцарии (НБШ), Европейский центральный банк (ЕЦБ) и Федеральная резервная система США (ФРС). Может быть, дополнительное согласование вопроса должно осуществляться в Центробанках Германии и Италии.

С момента создания консорциума уже прошло более года. Однако пока никаких описаний проекта ВПР или сообщений о представлении проекта в Центробанки и финансовые регуляторы стран-участников консорциума в СМИ не появлялось. Вероятно, возникли какие-то сложности, наблюдается отставание от первоначального графика.

Но буквально через год после первой публикации о проекте ВПР появилась новость о том, что к консорциуму присоединилось еще несколько банков мирового калибра. Новость сообщила все та же Financial Times. Новыми членами консорциума стали: Barclays (Великобритания), Credit Suisse (Швейцария), Canadian Imperial Bank of Commerce (Канада), HSBC (Великобритания), MUFG — Mitsubishi UFJ Financial Group, Inc. (Япония) и State Street (США). Таким образом, число банков-участников консорциума увеличилось с четырех до десяти. Все они — тяжеловесы, входят в топ-50 мировых рейтингов. Число стран, представляемых банками-членами консорциума, увеличилось, добавилась Великобритания, Канада, Япония. Следовательно, после завершения работы над проектом он должен быть представлен как минимум в следующие центробанки: ФРС США, ЕЦБ, НБШ, Банк Англии, Банк Японии и Банк Канады.

Пройти через «фильтры» указанной шестерки центробанков крайне сложно. А в данном случае надо получить «добро» от всех шести ЦБ. Если хотя бы один из них «встанет в позу», под угрозой окажется успех всего проекта. Отношение перечисленных выше центробанков к криптовалютам далеко не однозначное. Банк Японии, например, в этом году фактически легализовал биткойн и другие частные криптовалюты. А вот, например, ЕЦБ к криптовалютам относится с большим подозрением.

Плюс к этому можно вспомнить, что у некоторых банковских гигантов были осложнения в отношениях с центробанками и финансовыми регуляторами. Deutsche Bank, HSBC, Barclays и другие участники консорциума подвергались не единожды штрафным санкциям за разного рода прегрешения со стороны центробанков и финансовых регуляторов США, Европейского союза, Великобритании. В случае с проектом ВПР чувствуется, что его участники уверены в успехе предприятия. Чем это можно объяснить?

Моя версия ответа такова: проект указанной «великолепной десятки» — отнюдь не из разряда «венчурного бизнеса» (где даже 10-процентная вероятность успеха считается уже неплохим показателем). Проект ВПР «обречен на удачу». Удача гарантирована, поскольку проект является «социальным заказом» тех самых шести центробанков, которые должны будут давать свое «добро» на новую валюту.

Набор шести центробанков не случаен. Это те самые институты, которые образуют картель центробанков. Его часто называют «ЦБ-6». Картель начал складываться в годы финансового кризиса 2007−2009 гг. В чем это выразилось? В том, что указанные центробанки стали заключать соглашения о валютных свопах для того, чтобы не допускать резких колебаний курсов своих валют. Началось все с предоставления Федеральным резервом больших объемов долларов Европейскому центральному банку. В апреле 2009 года Федеральный резерв заключил соглашения о предоставлении валюты с помощью свопов с ЕЦБ, Банком Англии, Банком Японии и Центробанком Швейцарии. Тогдашние свопы имели сроки до одной недели, а суммы были лимитированы. С Банком Англии — до 30 млрд. фунтов стерлингов, с ЕЦБ — до 80 млрд евро, с Банком Японии — до 10 трлн. иен, с НБШ — до 40 млрд. швейцарских франков. Соглашение действовало до февраля 2010 года, потом оно пролонгировалось, в условия по срокам и суммам вносились коррективы.

Опуская детали, скажу, что в октябре 2013 года Федеральный резерв и пять центробанков (к четверке добавился Банк Канады) заключили бессрочное соглашение о безлимитных валютных свопах. «Мы решили сделать их постоянными, чтобы избежать неопределённости, так как они истекали в феврале следующего года», — заявил сразу же после заключения соглашения управляющий Банка Японии Харухико Курода (Haruhiko Kuroda). Он добавил: «Мы не планируем расширить число своп-соглашений за пределы шести центральных банков». Детали этого соглашения не известны, общие сведения о нынешнем механизме валютных свопов в рамках ЦБ-6 можно найти на сайте Федерального резерва.

Многие эксперты полагают, что ЦБ-6 — прототип будущего мирового центробанка. В рамках указанного валютного картеля фактически создается единая валюта, которая пока (временно) имеет некоторые «атавизмы» национальных денежных единиц. Мир валюты и финансов переживает некий переходный период. Примерно такой же, какой переживала Европа в последние два десятилетия прошлого века. Тогда еще существовали национальные валюты в виде немецкой марки, французского франка, итальянской лиры, голландского гульдена и т. д. Но при этом уже росла и укреплялась наднациональная валюта «экю» (родилась 13 марта 1979 г.). 1 января 1999 г. на смену «экю» пришла денежная единица «евро». Сначала в безналичной форме, а затем, с 1 января 2002 года — также в наличной форме. С 1 января 2003 года национальные валюты стран, вошедших в еврозону, прекратили свое существование как в наличной, так и безналичной формах. Параллельно незаметно шло создание наднационального центробанка. В январе 1994 г. в соответствии с Маастрихтским договором об образовании Европейского союза во Франкфурте-на-Майне был создан Европейский валютный институт, который в 1998 году был преобразован в Европейский центральный банк. Далее происходило наращивание полномочий ЕЦБ и расширение сферы его деятельности за счет включения в еврозону новых стран.

Европейский союз можно сравнить с испытательным полигоном, на котором «хозяева денег» (главные акционеры ФРС США) отрабатывали и отрабатывают алгоритмы перехода к мировой наднациональной валюте. Можно провести некоторые параллели между картелем ЦБ-6 и Европейским валютным институтом образца 1994 года. Пройдет немного времени и на базе ЦБ-6 может родиться мировой центробанк. Который будет эмитировать не евро или даже доллары, а какую-то новую валюту. Которая, например, может называться «феникс». Почему «феникс»?

Тридцать лет назад известный британский журнал «Экономист» опубликовал статью, в которой анонимный автор предсказывал, что в 2018 году появится мировая валюта под названием «феникс». Сегодня многие вспомнили об этой статье и задают вопрос: насколько вероятно, что это предвидение сбудется? Думаю, что журнал «Экономист», который находится под Ротшильдами, тридцать лет назад давал не прогноз, а приоткрывал тайну плана «хозяев денег» о переустройстве мировой валютной системы. Название «феникс» может означать возрождение из пепла той идеи, которая была озвучена Джоном Кейнсом, руководителем английской делегации на конференции в 1944 году в Бреттон-Вудсе. Он предлагал ввести наднациональную (мировую) валюту под названием «банкор». Тогда этот проект не прошел, конференция проголосовала за американский проект золотодолларового стандарта.

А теперь вернемся к проекту создания цифровой валюты ВПР. Консорциум десяти ведущих мировых банков обещает, что проект будет запущен в следующем году. Сдается мне, что это и будет рождением того самого «феникса», о котором писал журнал «Экономист» в январе 1988 года. Не важно, как будет называться мировая валюта: «феникс», «банкор» или «utility settlement coin». Консорциум десяти мировых банковских гигантов может оказаться тем ядром, из которого и вырастет мировой центробанк. Предлагаемая консорциумом денежная единицы ВПР не имеет ничего общего с теми частными криптовалютами, обсуждение которых заполонило все информационное пространство. Примечательно, что о проекте создания ВПРС информация минимальна. Уверен, что из тысячи опрошенных людей (неважно, какова будет выборка респондентов) 999 человек вам наверняка скажут что-то про биткойн и другие криптовалюты. А вот про валюту ВПР (USC) — не более двух-трех человек. Что же, «хозяева денег» понимают, что новая валюта должна рождаться в полной тишине.

Какое-то время банковский консорциум будет эмитировать валюту ВПР под обеспечение традиционных валют — доллара США, евро, британского фунта, японской иены, швейцарского франка. ВПР — общее «дитя» шести центробанков, которые незримо стоят за «великолепной десяткой» мировых банков. Нечто похожее было в Европе в последние два десятилетия ХХ века, там была виртуальная валюта под названием «экю», которая обеспечивалась немецкими марками, французскими франками, итальянскими лирами… Потом национальные денежные единицы исчезли, а наднациональная осталась, поменяв при этом свое имя с «экю» на «евро».

Кто знает, может цифровая валюта, создаваемая банковским консорциумом, сегодня называется utility settlement coin (USC), а через некоторое время ей дадут более благозвучное имя «феникс»? Появление цифрового феникса может сопровождаться стремительным уничтожением национальных валют. Кроме того, я уверен, что как утренний туман исчезнут все нынешние частные криптовалюты типа биткойн или эфириум. До определенного момента они были нужны. Во-первых, для отработки технологий «блокчейн», которые будут использоваться в проекте ВПР. Во-вторых, для того, чтобы приучать людей к использованию исключительно безналичных, цифровых денег. В-третьих, для того, чтобы создавать «дымовую завесу», которая бы скрывала действия «хозяев денег» по переходу к единой мировой валюте. Пройдет немного времени, и цифровое пространство будет зачищено от всякого рода криптовалютного «мусора». У цифрового «феникса» никаких конкурентов быть не должно!

Проект банковского консорциума по созданию ВПР — еще один важный и тщательно скрываемый от общественности шаг «хозяев денег» по созданию мирового электронно-банковского концлагеря. Мировая цифровая валюта — инструмент «хозяев денег», с помощью которого они надеются стать «хозяевами мира».

 

Читайте также:
Самоволка Сулеймана Керимова
Самоволка Сулеймана Керимова

Захар Прилепин: Миллиардер добавил забот Администрации президента и МИДу

 
Наш бюджет – это бюджет госпереворота
Наш бюджет — это бюджет госпереворота

Михаил Делягин: Сверхдоходы казны, несмотря на стоны правительства, составили уже 1,25 трлн. рублей

 
Допинговые скандалы: Россию освистывают из-за чиновников, а не спортсменов
Допинговые скандалы: Россию освистывают из-за чиновников, а не спортсменов

«Благодаря» госслужащим от спорта, под угрозой срыва оказался даже ЧМ-2018

 
Кремль боится, что уход Кадырова разрушит «кавказский консенсус»
Кремль боится, что уход Кадырова разрушит «кавказский консенсус»

Что стоит за словами главы Чечни о необходимости перемен в республике

 

КОНТЕКСТ:

Видео -

How blockchain works

FT Reporter Clips

Опубликовано: 23 авг. 2016 г.


https://www.youtube.com/watch?v=VM2LhEQCKmA

 

 

Understand the Blockchain in Two Minutes

Institute for the Future (IFTF)

Опубликовано: 18 апр. 2016 г.

Over the past decade, an alternative digital paradigm has slowly been taking shape at the edges of the internet. This new paradigm is the blockchain. After incubating through millions of Bitcoin transactions and a host of developer projects, it is now on the tips of tongues of CEOs and CTOs, startup entrepreneurs, and even governance activists. Though these stakeholders are beginning to understand the disruptive potential of blockchain technology and are experimenting with its most promising applications, few have asked a more fundamental question: What will a world driven by blockchains look like a decade from now? Learn more: http://www.iftf.org/blockchainfutureslab Contact us: http://www.iftf.org/blockchainfutures...


https://www.youtube.com/watch?v=r43LhSUUGTQ

 

 

 https://ftalphaville.ft.com/2017/09/18/2193542/what-is-utility-settlement-coin-really/

 

 

Central bank cryptocurrencies

17 September 2017
 

New cryptocurrencies are emerging almost daily, and many interested parties are wondering whether central banks should issue their own versions. But what might central bank cryptocurrencies (CBCCs) look like and would they be useful? This feature provides a taxonomy of money that identifies two types of CBCC - retail and wholesale - and differentiates them from other forms of central bank money such as cash and reserves. It discusses the different characteristics of CBCCs and compares them with existing payment options.

...

...

 

Box B

The money flower with selected examples

Graph B fills out the money flower with examples of money from the past, present and possibly the future. Starting at the centre, we have Fedcoin, as an example of a retail CBCC. The concept, which was proposed by Koning (2014) and has not been endorsed by the Federal Reserve, is for the central bank to create its own cryptocurrency. The currency could be converted both ways at par with the US dollar and conversion would be managed by the Federal Reserve Banks.icon Instead of having a predetermined supply rule, as is the case with Bitcoin, the supply of Fedcoin would, much like cash, increase or decrease depending on the desire of consumers to hold it. Fedcoin would become a third component of the monetary base, alongside cash and reserves. Unlike Bitcoin, Fedcoin would not represent a competing, private "outside money" but would instead be an alternative form of sovereign currency (Garratt and Wallace (2016)).

CADcoin is an example of a wholesale CBCC. It is the original name for digital assets representing central bank money used in the Bank of Canada's proof of concept for a DLT-based wholesale payment system. CADcoin has been used in simulations performed by the Bank of Canada in cooperation with Payments Canada, R3 (a fintech firm), and several Canadian banks but has not been put into practice.

The money flower: example

In Sweden, the demand for cash has dropped considerably over the past decade (Skingsley (2016)). Already, many stores do not accept cash and some bank branches no longer disburse or collect cash. In response, the Riksbank has embarked on a project to determine the viability of an eKrona for retail payments. No decision has yet been taken in terms of technology (Sveriges Riksbank (2017)). Hence, the eKrona is located on the border between deposited currency accounts and retail CBCCs.

Dinero electrónico is a mobile payment service in Ecuador where the central bank provides the underlying accounts to the public. Citizens can open an account by downloading an app, registering their national identity number and answering security questions. People deposit or withdraw money by going to designated transaction centres. As such, it is a (rare) example of a deposited currency account scheme. As Ecuador uses the US dollar as its official currency, accounts are denominated in that currency.

Bitcoin is an example of a non-central bank digital currency. It was invented by an unknown programmer who used the pseudonym Satoshi Nakamoto and was released as open-source software in 2009 along with a white paper describing the technical aspects of its design (see Box A for further details).

PokéCoin is a currency used for in-game purchases in the Pokémon Go game and an example of a virtual currency.

Utility Settlement Coin (USC) is an attempt by the private sector to provide a wholesale cryptocurrency. It is a concept proposed by a collection of large private banks and a fintech firm for a series of digital tokens representing money from multiple countries that can be exchanged on a distributed ledger platform (UBS (2016)). The value of each country's USC on the distributed ledger would be backed by an equivalent value of domestic currency held in a segregated (reserve) account at the central bank.

The Bank of Amsterdam (the Amsterdamse Wisselbank) was established in 1609 by the City of Amsterdam to facilitate trade. It is often seen as a precursor to central banks. A problem at the time was that currency, ie coins, was being eroded, clipped or otherwise degraded. The bank took deposits of both foreign and local coinage at their real intrinsic value after charging a small coinage and management fee. These deposits were known as bank money. The Wisselbank introduced a book-entry system that enabled customers to settle payments with other account holders. The Dutch central bank was established in 1814 and the Bank of Amsterdam was closed in 1820 (Smith (1776), Quinn and Roberds (2014)).

The 1934 series gold certificate was a $100,000 paper note issued by the US Treasury and used only for official transactions between Federal Reserve Banks. This was the highest US dollar-denominated note ever issued and did not circulate among the general public. It is an example of non-electronic, restricted-use, government-backed, peer-to-peer money.

Examples of privately issued local currencies include the Bristol Pound and BerkShares, located in the right-hand petal. Stores in Bristol, United Kingdom, give a discount to people using Bristol Pounds, whereas BerkShares are purchased at 95 cents on the dollar and are accepted at retail stores in the Berkshires region of Massachusetts at face value.

Precious metal coins are examples of commodity money. They can be used as an input in production or for consumption and also as a medium of exchange. This is in contrast to fiat money, which has no intrinsic use. Although commodity money is largely a thing of the past, it was the predominant medium of exchange for more than two millennia.

E-gold account holders used commercial bank money to purchase a share of the holding company's stock of gold and used mobile phone text messages to transfer quantities of gold to other customers. Payments between e-gold customers were "on-us" transactions that simply involved updating customer accounts. E-gold ultimately failed. But before it shut down in 2009, it had accumulated over 5 million account holders.icon Many current private mobile payment platforms, such as Venmo (a digital wallet with social media features popular with US college students) and M-pesa™ (a popular mobile money platform in Kenya and other East African countries), employ a similar "on-us" model. Users transfer either bank deposits or cash to the operator, who gives them mobile credits. These credits can be transferred between platform participants using their mobile devices or redeemed from the operator for cash or deposits. The daily number of M-pesa transactions dwarfs those conducted using Bitcoin. However, in terms of value, worldwide Bitcoin transfers have recently overtaken those conducted on the M-pesa platform (Graph 1, right-hand panel).

icon Straightforward arguments derived from Friedman (1959) and Klein (1974) suggest that if the Federal Reserve were to maintain one-to-one convertibility with Fedcoin, it would also need to control the supply of Fedcoins.icon The company ran into trouble with the authorities over anti-money laundering violations and for operating a money transmitter business without the necessary state licence; see http://legalupdate.e-gold.com/2008/07/plea-agreement-as-to-douglas-l-jackson-20080721.html. E-gold account statistics can be found at http://scbbs.net/craigs/stats.html.

 

...

...

https://www.bis.org/publ/qtrpdf/r_qt1709f.htm

 

 

 

Дополнительная информация

Оставить комментарий

Календарь


« Декабрь 2017 »
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
        1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30 31

За рубежом

Аналитика

Политика