Без всякого сомнения, лидером банкинга на основе законов шариата является Исламский банк развития, ИБР (IslamicDevelopmentBank, IsDB) - ведущая международная финансовая организация, расположенная в Джидде (Саудовская Аравия). Его членами являются 56 государств, включая страны Центральной Азии. Основными условиями их членства в ИБР стали участие в Организации исламского сотрудничества, уплата членских взносов в уставной капитал Банка и соблюдение правил, процедур, терминов, принятых Советом директоров банка.

Главные преимущества исламского финансирования заключаются в том, что оно запрещает начисление вознаграждения в виде процентов, обеспечивает разделение рисков между участниками сделки, осуществляет инвестиции в реальное производство, и не допускает финансирования деятельности, не отвечающей нормам шариата: покупки акций компаний, в чью деятельность входят производство или торговля оружием, алкоголем, табаком, свининой; представляющих индустрию развлечений (казино и пр.), а также страховых и финансовых компаний, функционирующих за счет процентов от сделок.

Неудивительно, что молодые государства Центральной Азии с большой охотой идут на сотрудничество с такой прозрачной, надежной, честной и добросовестной финансовой организацией.

Но вот беда, хотя исламские банки работают строго по шариату, а вот люди, которые там служат, грешны и далеко не всегда соблюдают его требования. Поскольку власти ряда центральноазиатских государств также мусульмане только на словах, а на деле сохранили советское чиновничье мышление, то они этим и пользуются.

К примеру, таджикские власти, эти признанные асы коррупции и откатов, довольно быстро нашли подход к Хишаму Маъруфу, руководителю регионального офиса Исламского банка развития в Алматы. В конечном счете,последний начал довольно активно продвигать интересы Таджикистана в ИБР. За эти "заслуги" его встречают в Душанбе как самого почетного гостя.

Именно Х.Маъруф пролоббировал перенесение места проведения годового отчета Банка в 2013 году из Йемена в Таджикистан,он же наладил систему проталкивания таджикских проектов в ИБР. В то же время в заказном порядке продвигает в ИБР пусть некомпетентных, но "платежеспособных" представителей "золотой молодежи" Таджикистана, представляя в качестве "вторых сортов" представителей других стран региона и Азербайджана.

В эту пору фигура Х.Маъруфа как никогда необходима таджикскому истеблишменту, пытающемуся всеми способами "направить"финансы Банка в надоевший всем проект "CASA-1000". Для реализации этих планов, Х.Маъруф сумел подобрать "ключ" к своему протеже - начальнику департамента инфраструктуры Валиду Абдельвахабу, который (хотелось бы верить в его неведение истинных планов) активно включился в процесс лоббирования этого проекта. Благо, что ряд компетентных специалистов Банка положительно оценивают другие альтернативные проекты региона, и хочется надеяться, что их позиция положит конец афере "CASA-1000" уже на ближайших собраниях руководства ИБР.

Для всех уже не секрет и другие "темные дела" Х.Маъруфа: как он обеспечивает участие в большинстве проектов Банка в Центральной Азии турецких консалтинговых компаний "Suyapi", "Temelsu" и ливанской "Spectrum", по заказу которых идет на любую фальсификацию документов по многомилионным проектам, за что "со спокойной совестью" получает неплохие откаты "по всем правилам исламского банкинга".

Кстати, Х.Маъруф является и специалистом в"устранении" своихт.н. "конкурентов". Здесь хочется вспомнить о бывшем руководителе отдела одного из департаментов ИБР гражданине Азербайджана Хикмате Алиеве.

Х.Маъруф"мастерски"перевел на арабский язык негативную публикацию в отношении азербайджанца и безо всякого стыда довел до руководства ИБР сведения о коррупционных аферах, осуществленных им самим же, но выдав их за действия Хикмата Алиева.И ему поверили, ведь брат Х.Маъруфа - Набиль Маъруф - являлся послом Палестины в Турции, где располагает влиятельными связями, в том числе среди бизнес-кругов. В итоге, Х.Алиев был уволен, а Х.Маъруф не только ловко вывернулся из передряги, но и избавился от потенциального конкурента в обслуживании региона и сохранил за собой на очередной срок руководство региональным офисом ИБР в Алматы.

В заключение могу лишь сказать, что расчетной единицей ИБР является исламский динар, восходящий блеск которого пока не затмевает недостойные сделки, как у доллара или британского фунта стерлингов. Обидно, если доброе имя Исламского банка развития, созданного с самыми благородными и благочестивыми намерениями, будет запачкано неблаговидными поступками его отдельных руководителей.