Алек­сандр Грен­ков, бу­ду­щий отец Ам­вро­сий, ро­дил­ся 21 или 23 но­яб­ря 1812 го­да в ду­хов­ной се­мье се­ла Боль­шие Ли­по­ви­цы Там­бов­ской епар­хии. Окон­чив ду­хов­ное учи­ли­ще, он за­тем про­шел успеш­но курс в ду­хов­ной се­ми­на­рии. Од­на­ко не по­шел ни в Ду­хов­ную ака­де­мию, ни в свя­щен­ни­ки. Неко­то­рое вре­мя он был до­маш­ним учи­те­лем в од­ной по­ме­щи­чьей се­мье, а за­тем пре­по­да­ва­те­лем Ли­пец­ко­го ду­хов­но­го учи­ли­ща. Об­ла­дая жи­вым и ве­се­лым ха­рак­те­ром, доб­ро­тою и ост­ро­уми­ем, Алек­сандр Ми­хай­ло­вич был очень лю­бим сво­и­ми то­ва­ри­ща­ми и со­слу­жив­ца­ми. В по­след­нем клас­се се­ми­на­рии ему при­шлось пе­ре­не­сти опас­ную бо­лезнь, и он дал обет по­стричь­ся в мо­на­хи, ес­ли вы­здо­ро­ве­ет.

Тих­вин­ская ико­на Бо­жи­ей Ма­те­ри, по пре­да­нию, од­на из икон, на­пи­сан­ных свя­тым апо­сто­лом и Еван­ге­ли­стом Лу­кой. В V в. из Иеру­са­ли­ма бы­ла пе­ре­не­се­на в Кон­стан­ти­но­поль, где для нее был по­стро­ен Влахерн­ский храм. В 1383 го­ду, за 70 лет до взя­тия тур­ка­ми Кон­стан­ти­но­по­ля, ико­на ис­чез­ла из хра­ма и в лу­че­зар­ном све­те яви­лась над во­да­ми Ла­дож­ско­го озе­ра. Чу­дес­но но­си­мая с ме­ста на ме­сто, она оста­но­ви­лась близ го­ро­да Тих­ви­на. На ме­сте яв­ле­ния ико­ны был по­стро­ен де­ре­вян­ный храм в честь Успе­ния Бо­го­ро­ди­цы. Усер­ди­ем ве­ли­ко­го кня­зя Ва­си­лия Ива­но­ви­ча (1505–1533) вме­сто де­ре­вян­но­го хра­ма был воз­ве­ден ка­мен­ный.

Пре­по­доб­но­му­че­ни­ца Фев­ро­ния де­ва по­стра­да­ла в цар­ство­ва­ние Дио­кли­ти­а­на (284–305). Она вос­пи­ты­ва­лась в мо­на­сты­ре в го­ро­де Си­ва­по­ле (Ас­си­рий­ская об­ласть). На­сто­я­тель­ни­цей оби­те­ли бы­ла игу­ме­ния Ври­ен­на, тет­ка свя­той Фев­ро­нии. Игу­ме­ния, за­бо­тясь о спа­се­нии свя­той Фев­ро­нии, на­зна­чи­ла ей бо­лее стро­гий об­раз жиз­ни, чем осталь­ным ино­ки­ням. По уста­ву оби­те­ли по пят­ни­цам сест­ры остав­ля­ли свои по­слу­ша­ния и весь день про­во­ди­ли в мо­лит­ве и чте­нии Свя­щен­но­го Пи­са­ния. Обыч­но игу­ме­ния по­ру­ча­ла чте­ние свя­той Фев­ро­нии.

Вла­ди­мир­ская ико­на Бо­жи­ей Ма­те­ри на­пи­са­на Еван­ге­ли­стом Лу­кой на дос­ке от сто­ла, за ко­то­рым тра­пе­зо­вал Спа­си­тель с Пре­чи­стой Ма­те­рью и пра­вед­ным Иоси­фом. Бо­жия Ма­терь, уви­дев этот об­раз, про­из­нес­ла: «От­ныне убла­жат Ме­ня все ро­ды. Бла­го­дать Рожд­ше­го­ся от Ме­ня и Моя с этой ико­ной да бу­дет». В 1131 го­ду ико­на бы­ла при­сла­на на Русь из Кон­стан­ти­но­по­ля свя­то­му кня­зю Мсти­сла­ву († 1132, па­мять 15 ап­ре­ля) и бы­ла по­став­ле­на в Де­ви­чьем мо­на­сты­ре Вы­ш­го­ро­да – древ­не­го удель­но­го го­ро­да свя­той рав­ноап­о­столь­ной ве­ли­кой кня­ги­ни Оль­ги.

Пре­по­доб­ный Мак­сим Грек (XV–XVI в.), быв­ший сы­ном бо­га­то­го гре­че­ско­го са­нов­ни­ка в го­ро­де Ар­те (Ал­ба­ния), по­лу­чил бле­стя­щее об­ра­зо­ва­ние. В юно­сти он мно­го пу­те­ше­ство­вал и изу­чал язы­ки и на­у­ки в ев­ро­пей­ских стра­нах; по­бы­вал в Па­ри­же, Фло­рен­ции, Ве­не­ции. По воз­вра­ще­нии на ро­ди­ну при­был на Афон и при­нял ино­че­ство в Ва­то­пед­ской оби­те­ли. Он с увле­че­ни­ем изу­чал древ­ние ру­ко­пи­си, остав­лен­ные на Афоне ино­че­ство­вав­ши­ми гре­че­ски­ми им­пе­ра­то­ра­ми (Ан­д­ро­ни­ком Па­лео­ло­гом и Иоан­ном Кан­та­ку­зе­ном). В это вре­мя ве­ли­кий князь Мос­ков­ский Ва­си­лий Иоан­но­вич (1505–1533) по­же­лал разо­брать­ся в гре­че­ских ру­ко­пи­сях и кни­гах сво­ей ма­те­ри, Со­фии Па­лео­лог, и об­ра­тил­ся к Кон­стан­ти­но­поль­ско­му пат­ри­ар­ху с прось­бой при­слать ему уче­но­го гре­ка. Инок Мак­сим по­лу­чил ука­за­ние ехать в Моск­ву. По при­бы­тии ему бы­ло по­ру­че­но пе­ре­ве­сти на сла­вян­ский язык тол­ко­ва­ние на Псал­тирь, за­тем тол­ко­ва­ние на кни­гу Де­я­ний апо­сто­лов и несколь­ко бо­го­слу­жеб­ных книг.

Бо­го­люб­ская ико­на Бо­жи­ей Ма­те­ри, од­на из древ­ней­ших чу­до­твор­ных икон Рос­сии, на­пи­са­на в XII ве­ке по прось­бе бла­го­вер­но­го кня­зя Ан­дрея Бо­го­люб­ско­го (па­мять 4 июля) в па­мять о яв­ле­нии ему Бо­жи­ей Ма­те­ри. В 1155 го­ду бла­го­вер­ный князь Ан­дрей, пе­ре­се­ля­ясь из Вы­ш­го­ро­да в Суз­даль­скую зем­лю, взял с со­бой чу­до­твор­ный об­раз Бо­жи­ей Ма­те­ри, на­пи­сан­ный еван­ге­ли­стом Лу­кою (впо­след­ствии эта ико­на по­лу­чи­ла на­име­но­ва­ние Вла­ди­мир­ской). В се­ми вер­стах от Вла­ди­ми­ра ло­ша­ди, вез­шие ки­от с чу­до­твор­ной ико­ной, оста­но­ви­лись и не мог­ли тро­нуть­ся с ме­ста. Бла­го­вер­ный князь Ан­дрей про­сил со­про­вож­дав­ше­го его свя­щен­ни­ка Ни­ко­лая со­вер­шить мо­ле­бен пе­ред ико­ной Бо­жи­ей Ма­те­ри и дол­го со сле­за­ми мо­лил­ся пе­ред чти­мым об­ра­зом. За­тем он пе­ре­шел в по­ход­ный ша­тер, но не пре­кра­щал усерд­ной мо­лит­вы. В это вре­мя ему яви­лась Пре­свя­тая Бо­го­ро­ди­ца со свит­ком в пра­вой ру­ке и по­ве­ле­ла бла­го­че­сти­во­му кня­зю об­раз Ее, при­не­сен­ный из Вы­ш­го­ро­да, по­ста­вить во Вла­ди­ми­ре, а на ме­сте Ее чу­дес­но­го яв­ле­ния по­стро­ить храм и свя­тую оби­тель. По­том Она мо­лит­вен­но под­ня­ла ру­ки к небу, при­ни­мая бла­го­сло­ве­ние Хри­ста Спа­си­те­ля, Ко­то­рый явил­ся в это вре­мя над зем­лей, бла­го­сло­вил Ее, и ви­де­ние ис­чез­ло.

Пре­по­доб­ный Мо­и­сей Оп­тин­ский, в ми­ру Ти­мо­фей Ива­но­вич Пу­ти­лов, ро­дил­ся в го­ро­де Бо­ри­со­глеб­ске Яро­слав­ской гу­бер­нии. Его млад­ший брат, то­же оп­тин­ский ста­рец, игу­мен Ан­то­ний, в кон­це сво­ей жиз­ни пи­сал ав­то­био­гра­фию «Ке­лей­ная за­пис­ка». Из его за­пи­сей мож­но по­зна­ко­мить­ся с се­мьёй Пу­ти­ло­вых «из пер­вых рук». Ро­ди­те­ли бра­тьев бы­ли лю­ди пра­во­слав­ные и бла­го­че­сти­вые, ку­пе­че­ско­го зва­ния: Иван Гри­горь­е­вич и Ан­на Ива­нов­на. Отец его ра­но остал­ся си­ро­той и как-то, горь­ко опла­ки­вая свою си­рот­скую до­лю, мо­лил­ся Гос­по­ду со сле­за­ми, про­сил о по­мо­щи, вра­зум­ле­нии и уте­ше­нии. По его рас­ска­зу, по­сле этой сми­рен­ной и слез­ной мо­лит­вы он стал бла­го­душ­нее пе­ре­но­сить свой си­рот­ский жре­бий, упо­вая на ми­лость Бо­жию.

Свя­ти­тель Иона, мит­ро­по­лит Мос­ков­ский и всея Рос­сии чу­до­тво­рец, ро­дил­ся в го­ро­де Га­ли­че в бла­го­че­сти­вой хри­сти­ан­ской се­мье. От­ца бу­ду­ще­го свя­ти­те­ля зва­ли Фе­о­до­ром. В две­на­дца­ти­лет­нем воз­расте юно­ша при­нял по­стриг в од­ном из га­лич­ских мо­на­сты­рей, от­ку­да пе­ре­шел в мос­ков­ский Си­мо­нов мо­на­стырь, где мно­го лет ис­пол­нял раз­лич­ные по­слу­ша­ния. Од­на­жды свя­ти­тель Фо­тий, мит­ро­по­лит Мос­ков­ский (па­мять 27 мая и 2 июля), по­се­тил Си­мо­нов мо­на­стырь и по­сле мо­леб­на, пре­по­дав бла­го­сло­ве­ние ар­хи­манд­ри­ту и бра­тии, по­же­лал бла­го­сло­вить ино­ков, ис­пол­няв­ших по­слу­ша­ние на мо­на­стыр­ских ра­бо­тах. Ко­гда он при­шел в пе­кар­ню, то уви­дел уснув­ше­го от мно­гих тру­дов ино­ка Иону, пра­вая ру­ка утом­лен­но­го ино­ка бы­ла со­гну­та в бла­го­слов­ля­ю­щем же­сте. Свя­ти­тель Фо­тий про­сил не бу­дить его, бла­го­сло­вил спя­ще­го ино­ка и про­ро­че­ски пред­ска­зал при­сут­ство­вав­шим, что этот мо­нах бу­дет ве­ли­ким свя­ти­те­лем Рус­ской Церк­ви и мно­гих на­ста­вит на путь спа­се­ния.

Учрежден в апреле 2008 года по благословению патриарха Московского и всея Руси Алексия II с празднованием 14 июня, на следующий день после дня памяти основательницы Дивеевской обители преподобной Александры (Мельгуновой). Тогда же в честь Собора было решено заложить новый храм на подворье Свято-Троицкого Серафимо-Дивеевского монастыря в Москве.

Пре­по­доб­ная Алек­сандра в ми­ре зва­лась Ага­фия Се­ме­нов­на. Про­ис­хо­ди­ла она из ста­рин­но­го ря­зан­ско­го ро­да дво­рян Сте­па­но­вых, из­вест­но­го с се­ре­ди­ны XVI ве­ка. Ро­ди­лась в бла­го­че­сти­вой се­мье Си­мео­на и Па­рас­ке­вы в кон­це 1720-х – на­ча­ле 1730-х го­дов. Отец ра­но умер, и мать са­ма вос­пи­ты­ва­ла ее в ду­хе бла­го­че­стия. Прас­ко­вья Ан­дре­ев­на в юных го­дах вы­да­ла Ага­фию за сы­на со­се­дей-по­ме­щи­ков Мель­гу­но­вых. Яков Мель­гу­нов слу­жил пра­пор­щи­ком в Му­ром­ском пе­хот­ном пол­ку. Ага­фия Се­ме­нов­на недол­го бы­ла за­му­жем. Ее су­пруг ра­но скон­чал­ся (око­ло 1755–56 г.), оста­вив ее с ма­лень­кой до­че­рью на ру­ках. Имея об­шир­ные по­ме­стья и 700 душ кре­стьян, об­ла­дая боль­шим ка­пи­та­лом и бу­дучи в мо­ло­до­сти при­ят­ной на­руж­но­сти и яс­но­го ума, Ага­фия Се­ме­нов­на вы­бра­ла путь слу­же­ния Бо­гу.

Свя­той апо­стол Вар­фо­ло­мей (из чис­ла 12-ти апо­сто­лов Хри­сто­вых) был ро­дом из Ка­ны Га­ли­лей­ской. По­сле Со­ше­ствия Свя­то­го Ду­ха в день Пя­ти­де­сят­ни­цы ему и апо­сто­лу Филип­пу (па­мять 14 но­яб­ря) вы­пал жре­бий про­по­ве­ди Еван­ге­лия в Си­рии и Ма­лой Азии. Бла­го­вест­вуя, они то рас­хо­ди­лись по раз­ным го­ро­дам, то схо­ди­лись вновь. Свя­то­му апо­сто­лу Филип­пу со­пут­ство­ва­ла сест­ра, де­ва Ма­ри­ам­на. Про­хо­дя го­ро­да Си­рии и Ми­зии, они пе­ре­нес­ли мно­го скор­бей и на­па­стей, их по­би­ва­ли кам­ня­ми, за­клю­ча­ли в тем­ни­цы. В од­ном из се­ле­ний они встре­ти­лись с апо­сто­лом Иоан­ном Бо­го­сло­вом и вме­сте от­пра­ви­лись во Фри­гию. В го­ро­де Иера­по­ле си­лой сво­их мо­литв они уни­что­жи­ли гро­мад­ную ехид­ну, ко­то­рой языч­ни­ки по­кло­ня­лись как бо­же­ству. Свя­тые апо­сто­лы Вар­фо­ло­мей и Филипп с сест­рой свою про­по­ведь под­твер­жда­ли мно­ги­ми зна­ме­ни­я­ми.

В ми­ру Кос­ма. Ро­дил­ся в Москве от бла­го­че­сти­вых ро­ди­те­лей. При­нял ино­че­ство в Си­мо­но­вом мо­на­сты­ре, сво­и­ми по­дви­га­ми снис­кал ува­же­ние всей бра­тии и был от­ли­ча­ем от­цом ино­ков – пре­по­доб­ным Сер­ги­ем. В 1390 г. бра­тия Си­мо­нов­ской оби­те­ли упро­си­ли пре­по­доб­но­го Ки­рил­ла быть их игу­ме­ном. Мно­го­чис­лен­ные и знат­ные по­се­ти­те­ли, при­хо­див­шие к игу­ме­ну за на­став­ле­ни­я­ми и бла­го­сло­ве­ни­ем, силь­но сму­ща­ли пре­по­доб­но­го Ки­рил­ла, из­бе­гав­ше­го сла­вы че­ло­ве­че­ской, и он ско­ро сло­жил с се­бя сан игу­ме­на и стал под­ви­зать­ся как про­стой инок. Ища со­вер­шен­но­го уеди­не­ния и без­мол­вия, пре­по­доб­ный Ки­рилл по чу­дес­но­му ука­за­нию Бо­го­ма­те­ри уда­лил­ся на бе­рег Бе­ло­го озе­ра (Во­ло­год­ская об­ласть) и в глу­хой лес­ной ча­ще на­чал ве­сти жизнь от­шель­ни­ка. К нему ста­ли сте­кать­ся рев­ни­те­ли без­мол­вия, и св. ста­рец по­нял, что вре­мя его без­мол­вия кон­чи­лось.

Ве­ли­ко­му­че­ник Фе­о­дор Стра­ти­лат про­ис­хо­дил из го­ро­да Ев­ха­ит. Он был на­де­лен мно­ги­ми да­ро­ва­ни­я­ми и пре­крас­ной внеш­но­стью. За ми­ло­сер­дие Бог про­све­тил его со­вер­шен­ным по­зна­ни­ем хри­сти­ан­ской ис­ти­ны. Храб­рость свя­то­го во­и­на ста­ла из­вест­на мно­гим по­сле то­го, как он с по­мо­щью Бо­жи­ей убил гро­мад­но­го змея, жив­ше­го в про­па­сти в окрест­но­стях го­ро­да Ев­ха­и­та. Змей по­жи­рал мно­же­ство лю­дей и жи­вот­ных, дер­жа в стра­хе всю окру­гу. Свя­той Фе­о­дор, во­ору­жив­шись ме­чом и мо­лит­вой ко Гос­по­ду, по­бе­дил его, про­сла­вив сре­ди лю­дей Имя Хри­сто­во. За от­ва­гу свя­той Фе­о­дор был на­зна­чен во­е­на­чаль­ни­ком (стра­ти­ла­том) в го­ро­де Ге­рак­лее, где нес как бы двой­ное по­слу­ша­ние, со­че­тая свое от­вет­ствен­ное во­ин­ское слу­же­ние с апо­столь­ской про­по­ве­дью Еван­ге­лия сре­ди под­чи­нен­ных ему языч­ни­ков. Его го­ря­чая убеж­ден­ность, под­креп­лен­ная лич­ным при­ме­ром хри­сти­ан­ской жиз­ни, от­вра­ща­ла мно­гих от па­губ­ной «лжи без­бо­жия». Вско­ре по­чти вся Ге­рак­лея при­ня­ла хри­сти­ан­ство.

Свя­тые му­че­ни­цы Ка­ле­рия (Ва­ле­рия), Ки­ри­а­кия и Ма­рия бы­ли жи­тель­ни­ца­ми Ке­са­рии Па­ле­стин­ской во вре­ме­на го­не­ний при Дио­кли­ти­ане (284–305). По­лу­чив на­став­ле­ние в хри­сти­ан­ской ве­ре, они оста­ви­ли язы­че­ский об­раз жиз­ни, уда­ли­лись в уеди­нен­ное ме­сто и про­во­ди­ли жизнь в мо­лит­вах, про­ся у Гос­по­да, чтобы пре­кра­ти­лись го­не­ния на хри­сти­ан и ве­ра Хри­сто­ва вос­си­я­ла бы во всем ми­ре. Пра­ви­тель при­нуж­дал их кла­нять­ся идо­лам, но они бес­страш­но ис­по­ве­да­ли ве­ру во Хри­ста. За это они бы­ли пре­да­ны пыт­кам и во вре­мя му­че­ний скон­ча­лись.

Пре­по­доб­ный Ме­фо­дий еще в мо­ло­дых ле­тах, в чис­ле пер­вых, при­шел к пре­по­доб­но­му Сер­гию и под ру­ко­вод­ством се­го ве­ли­ко­го на­став­ни­ка ино­че­ской жиз­ни про­вел несколь­ко лет. О его ро­ди­те­лях, вре­ме­ни и ме­сте рож­де­ния ни­че­го неиз­вест­но. Рев­нуя жить в без­мол­вии, он по бла­го­сло­ве­нию прп. Сер­гия уда­лил­ся ис­кать пу­стын­ное ме­сто. И в глу­ши ду­бо­во­го ле­са за ре­кой Яхро­мой, в 25 вер­стах от Дмит­ро­ва, на неболь­шом воз­вы­ше­нии сре­ди бо­ло­та по­ста­вил он се­бе кел­лию для по­дви­гов от­шель­ни­че­ства. В су­ро­вом по­сте и по­сто­ян­ных мо­лит­вах тек­ла жизнь пре­по­доб­но­го, и его ду­ша все бо­лее и бо­лее от­ре­ша­лась от ми­ра тлен­но­го и зем­но­го, стре­мясь в стра­ны гор­ние, небес­ные. Но как пла­мень ко­ст­ра про­све­чи­ва­ет­ся да­же и через лес­ную ча­щу, так и по­движ­ни­че­ское жи­тие св. Ме­фо­дия не укры­ли бо­ло­та и ле­са от рев­ни­те­лей бла­го­че­стия, ко­то­рые не за­мед­ли­ли со­брать­ся, чтобы под его ру­ко­вод­ством сде­лать­ся до­стой­ны­ми бу­ду­щей на­гра­ды, обе­щан­ной Гос­по­дом всем вер­ным Его по­сле­до­ва­те­лям. В это вре­мя пре­по­доб­ный Сер­гий, по­се­тив лю­би­мо­го уче­ни­ка, дал ему со­вет по­стро­ить оби­тель и храм на дру­гом, бо­лее су­хом и об­шир­ном ме­сте и бла­го­сло­вил то са­мое, где и бы­ла ос­но­ва­на оби­тель. Пре­по­доб­ный Ме­фо­дий, как по­слуш­ный сын, ис­пол­нил во­лю на­став­ни­ка. Он сам тру­дил­ся при строе­нии хра­ма и кел­лий, «пеш» но­ся де­ре­вья через реч­ку, ко­то­рую от то­го на­зва­ли Пеш­но­шею, а за оби­те­лью оста­лось на­все­гда имя Пеш­нош­ской.

Свя­той бла­го­вер­ный ца­ре­вич Ди­мит­рий, сын ца­ря Иоан­на IV Гроз­но­го от его седь­мо­го бра­ка с Ма­ри­ей Фе­до­ров­ной (из ро­да На­гих), ро­дил­ся 19 ок­тяб­ря 1582 го­да (а по дру­гим ис­точ­ни­кам, 1583 или 1585 гг.) в Москве. Царь Иоанн на­зна­чил в удел ца­ре­ви­чу с его ма­те­рью Уг­лич. По­сле смер­ти Иоан­на Гроз­но­го на пре­стол всту­пил стар­ший брат ца­ре­ви­ча Ди­мит­рия Фе­о­дор Иоан­но­вич. Од­на­ко фак­ти­че­ским пра­ви­те­лем Рус­ско­го го­су­дар­ства был его шу­рин, вла­сто­лю­би­вый бо­ярин Бо­рис Го­ду­нов. Доб­рый Фе­о­дор Иоан­но­вич остал­ся по­чти при од­ном име­ни ца­ря, а все де­ла­лось, как хо­тел Бо­рис; ино­стран­ные дво­ры при­сы­ла­ли Го­ду­но­ву да­ры на­равне с ца­рем. Меж­ду тем Бо­ри­су из­вест­но бы­ло, что в го­су­дар­стве, на­чи­ная с ца­ря Фе­о­до­ра, при­зна­ют Ди­мит­рия на­след­ни­ком пре­сто­ла, и имя его по­ми­на­лось в церк­вях. Сам Бо­рис в раз­ных де­лах Фе­о­до­ро­ва вре­ме­ни при­зна­вал Ди­мит­рия на­след­ни­ком пре­сто­ла.

Свя­той ве­ли­ко­му­че­ник Иоанн Но­вый, Со­чав­ский, жил в XIV ве­ке в го­ро­де Тра­пезун­де, за­ни­мал­ся тор­гов­лей, был бла­го­че­стив, тверд в пра­во­сла­вии и ми­ло­стив к бед­ным. Од­на­жды по тор­го­вым де­лам ему при­шлось плыть на ко­раб­ле. Ка­пи­тан ко­раб­ля был непра­во­слав­ным. Всту­пив в спор о ве­ре со свя­тым Иоан­ном, он был по­срам­лен и за­та­ил зло­бу на свя­то­го. Во вре­мя оста­нов­ки ко­раб­ля в Бел­гра­де Бос­фор­ском ка­пи­тан явил­ся к гра­до­на­чаль­ни­ку, ог­не­по­клон­ни­ку по ве­ре, и со­об­щил, что на его ко­раб­ле есть уче­ный муж, же­ла­ю­щий то­же стать ог­не­по­клон­ни­ком.