Суббота, 22 Сентября 2018 12:59

Праведных Богоотец Иоакима и Анны. Прп. Иосифа, игумена Волоцкого (Волоколамского), чудотворца (1515). Обретение и перенесение мощей свт. Феодосия, архиепископа Черниговского (1896)

Свя­той пра­вед­ный Иоаким, сын Вар­па­фи­ра, был по­том­ком ца­ря Да­ви­да, ко­то­ро­му Бог обе­щал, что от се­ме­ни его ро­дит­ся Cпа­си­тель ми­ра. Пра­вед­ная Ан­на бы­ла до­че­рью Мат­фа­на и по от­цу бы­ла из ко­ле­на Ле­ви­и­на, а по ма­те­ри – из ко­ле­на Иуди­на. Су­пру­ги жи­ли в На­за­ре­те Га­ли­лей­ском. Они не име­ли де­тей до глу­бо­кой ста­ро­сти и всю жизнь скор­бе­ли об этом. Им при­хо­ди­лось пе­ре­но­сить пре­зре­ние и на­смеш­ки, так как в то вре­мя бе­с­ча­дие счи­та­лось по­зо­ром. Но они ни­ко­гда не роп­та­ли и толь­ко го­ря­чо мо­ли­лись Бо­гу, сми­рен­но упо­вая на Его Во­лю.

Од­на­жды во вре­мя боль­шо­го празд­ни­ка да­ры, ко­то­рые взял пра­вед­ный Иоаким в Иеру­са­лим для при­не­се­ния их Бо­гу, не бы­ли при­ня­ты свя­щен­ни­ком Ру­ви­мом, ко­то­рый счи­тал, что без­дет­ный муж недо­сто­ин при­но­сить жерт­ву Бо­гу. Это очень опе­ча­ли­ло стар­ца, и он, счи­тая се­бя са­мым греш­ным из лю­дей, ре­шил не воз­вра­щать­ся до­мой, а по­се­лить­ся в оди­но­че­стве в пу­стын­ном ме­сте. Его пра­вед­ная су­пру­га Ан­на, узнав, ка­ко­му уни­же­нию под­верг­ся ее муж, ста­ла в по­сте и мо­лит­ве скорб­но про­сить Бо­га о да­ро­ва­нии ей ре­бен­ка. В пу­стын­ном уеди­не­нии и пост­ни­че­стве о том же про­сил Бо­га и пра­вед­ный Иоаким. И мо­лит­ва свя­тых су­пру­гов бы­ла услы­ша­на: им обо­им Ан­гел воз­ве­стил о том, что ро­дит­ся у них Дочь, ко­то­рую бла­го­сло­вит весь род че­ло­ве­че­ский. По по­ве­ле­нию Небес­но­го Вест­ни­ка пра­вед­ные Иоаким и Ан­на встре­ти­лись в Иеру­са­ли­ме, где по обе­то­ва­нию Бо­жию у них и ро­ди­лась Дочь, на­ре­чен­ная Ма­ри­ей.

Свя­той Иоаким пре­ста­вил­ся через несколь­ко лет по вве­де­нии во храм Бла­го­сло­вен­ной сво­ей До­че­ри, в 80-лет­нем воз­расте. Свя­тая Ан­на скон­ча­лась 70-ти лет, через два го­да по­сле него, про­ве­дя их при хра­ме ря­дом с До­че­рью.

См. так­же: «Жи­тие свя­тых и пра­вед­ных Бо­го­отец Иоаки­ма и Ан­ны» в из­ло­же­нии свт. Ди­мит­рия Ро­стов­ско­го.

 

***

 

Полное житие преподобного Иосифа Волоцкого

Картинки по запросу Полное житие преподобного Иосифа Волоцкого 

Пре­по­доб­ный Иосиф Во­лоц­кий, в ми­ре Иоанн Са­нин, ро­дил­ся 14 но­яб­ря 1440 го­да (по дру­гим дан­ным – 1439 год) в се­ле Яз­ви­ще-По­кров­ское, неда­ле­ко от го­ро­да Во­ло­ко­лам­ска, в се­мье бла­го­че­сти­вых ро­ди­те­лей Иоан­на (в мо­на­ше­стве Иоан­ни­кия) и Ма­ри­ны (в схи­ме Ма­рии). Се­ми­лет­ним от­ро­ком Иоанн был от­дан в обу­че­ние к доб­ро­де­тель­но­му и про­све­щен­но­му стар­цу Во­ло­ко­лам­ско­го Кре­сто-Воз­дви­жен­ско­го мо­на­сты­ря Ар­се­нию. От­ли­ча­ясь ред­ки­ми спо­соб­но­стя­ми и чрез­вы­чай­ным при­ле­жа­ни­ем к мо­лит­ве и цер­ков­ной служ­бе, да­ро­ви­тый от­рок за один год изу­чил Псал­тирь, а в сле­ду­ю­щем го­ду – все Свя­щен­ное Пи­са­ние. Он стал чте­цом и пев­цом в мо­на­стыр­ской церк­ви. Совре­мен­ни­ки по­ра­жа­лись его необы­чай­ной па­мя­ти. Ча­сто, не имея в кел­лии ни од­ной кни­ги, он со­вер­шал мо­на­ше­ское пра­ви­ло, чи­тая на па­мять Псал­тирь, Еван­ге­лие, Апо­стол, по­ло­жен­ные по уста­ву.

Еще не бу­дучи ино­ком, Иоанн про­во­дил ино­че­скую жизнь. Бла­го­да­ря чте­нию и изу­че­нию Свя­щен­но­го Пи­са­ния и тво­ре­ний свя­тых от­цов, он по­сто­ян­но пре­бы­вал в Бо­го­мыс­лии. Как за­ме­ча­ет жиз­не­опи­са­тель, он «зе­ло нена­ви­де сквер­но­сло­вия и ко­щун, и смех бес­чин­ный от мла­дых лет».

В два­дцать лет Иоанн из­би­ра­ет путь ино­че­ских по­дви­гов и, оста­вив ро­ди­тель­ский дом, ухо­дит в пу­стынь, что бы­ла близ Твер­ско­го Сав­ви­на мо­на­сты­ря, к из­вест­но­му стар­цу, стро­го­му ас­ке­ту-по­движ­ни­ку Вар­со­но­фию. Но мо­на­стыр­ские пра­ви­ла по­ка­за­лись юно­му по­движ­ни­ку недо­ста­точ­но стро­ги­ми. По бла­го­сло­ве­нию стар­ца Вар­со­но­фия он ухо­дит в Бо­ровск, к пре­по­доб­но­му Па­ф­ну­тию Бо­ров­ско­му, по­стри­же­ни­ку стар­ца Вы­соц­ко­го мо­на­сты­ря Ни­ки­ты, уче­ни­ка пре­по­доб­ных Сер­гия Ра­до­неж­ско­го и Афа­на­сия Вы­соц­ко­го. Про­сто­та жиз­ни свя­то­го стар­ца, тру­ды, ко­то­рые он раз­де­лял со сво­ей бра­ти­ей, и стро­гое ис­пол­не­ние мо­на­стыр­ско­го уста­ва со­от­вет­ство­ва­ли на­стро­е­нию ду­ши Иоан­на. Пре­по­доб­ный Па­ф­ну­тий с лю­бо­вью при­нял при­быв­ше­го к нему юно­го по­движ­ни­ка и 13 фев­ра­ля 1460 го­да по­стриг его в ино­че­ство с име­нем Иосиф. Так осу­ще­стви­лось са­мое боль­шое же­ла­ние Иоан­на. С усер­ди­ем и лю­бо­вью нес мо­ло­дой инок воз­ло­жен­ные на него тя­же­лые по­слу­ша­ния в по­варне, пе­карне, боль­ни­це; по­след­нее по­слу­ша­ние пре­по­доб­ный Иосиф ис­пол­нял с осо­бен­ным тща­ни­ем, «пи­тая и на­пояя боль­ных, под­ни­мая и по­сте­ли устрояя, яко сам бо­ля и чи­сте всем ра­бо­тая, яко Хри­сто­ви Са­мо­му слу­жа». Ве­ли­кие ду­хов­ные спо­соб­но­сти юно­го ино­ка про­яв­ля­лись в цер­ков­ном чте­нии и пе­нии. Он был ода­рен му­зы­каль­но и вла­дел го­ло­сом так, что «в цер­ков­ных пес­но­пе­ни­ях и чте­нии то­лик бе, яко­же ла­сто­ви­ца и сла­вий доб­ро­глас­ный, услаж­а­ше слу­хи по­слу­ша­ю­щих, яко­же ин ник­то­же ни­где­же». Пре­по­доб­ный Па­ф­ну­тий вско­ре по­ста­вил Иоси­фа эк­кле­си­ар­хом в церк­ви, чтобы он на­блю­дал за ис­пол­не­ни­ем цер­ков­но­го уста­ва.

Око­ло во­сем­на­дца­ти лет про­вел Иосиф в мо­на­сты­ре пре­по­доб­но­го Па­ф­ну­тия. Су­ро­вый по­двиг ино­че­ских по­слу­ша­ний под непо­сред­ствен­ным ру­ко­вод­ством опыт­но­го игу­ме­на явил­ся для него пре­крас­ной ду­хов­ной шко­лой, вос­пи­тав­шей в нем бу­ду­ще­го ис­кус­но­го на­став­ни­ка и ру­ко­во­ди­те­ля мо­на­стыр­ской жиз­ни. По кон­чине пре­по­доб­но­го Па­ф­ну­тия († 1 мая 1477 го­да) Иосиф был ру­ко­по­ло­жен во иеро­мо­на­ха и, со­глас­но за­ве­ща­нию по­чив­ше­го на­сто­я­те­ля, на­зна­чен игу­ме­ном Бо­ров­ско­го мо­на­сты­ря.

Пре­по­доб­ный Иосиф ре­шил пре­об­ра­зо­вать мо­на­стыр­скую жизнь на на­ча­лах стро­го­го об­ще­жи­тия, по при­ме­ру Ки­е­во-Пе­чер­ско­го, Тро­и­це-Сер­ги­е­ва и Ки­рил­ло-Бе­ло­зер­ско­го мо­на­сты­рей. Од­на­ко это встре­ти­ло силь­ное про­ти­во­дей­ствие со сто­ро­ны боль­шин­ства бра­тии. Лишь се­ме­ро бла­го­че­сти­вых ино­ков бы­ли еди­но­мыс­лен­ны с игу­ме­ном. Пре­по­доб­ный Иосиф ре­шил обой­ти рус­ские об­ще­жи­тель­ные мо­на­сты­ри, чтобы ис­сле­до­вать наи­луч­шее устро­е­ние ино­че­ской жиз­ни. Вме­сте со стар­цем Ге­ра­си­мом он при­был в Ки­рил­ло-Бе­ло­зер­ский мо­на­стырь, ко­то­рый пред­став­лял со­бой об­ра­зец стро­го­го по­движ­ни­че­ства на на­ча­лах об­ще­жи­тель­но­го уста­ва. Зна­ком­ство с жиз­нью мо­на­сты­рей укре­пи­ло взгля­ды пре­по­доб­но­го Иоси­фа. Но, воз­вра­тив­шись по во­ле кня­зя в Бо­ров­ский мо­на­стырь, пре­по­доб­ный Иосиф встре­тил преж­нее упор­ное неже­ла­ние бра­тии из­ме­нить при­выч­ный от­шель­ни­че­ский устав. То­гда, ре­шив ос­но­вать но­вую оби­тель со стро­гим об­ще­жи­тель­ным уста­вом, он с се­мью ино­ка­ми-еди­но­мыш­лен­ни­ка­ми от­пра­вил­ся в Во­ло­ко­ламск, в род­ные, с дет­ства из­вест­ные ему ле­са.

В Во­ло­ко­лам­ске в то вре­мя кня­жил бла­го­че­сти­вый брат ве­ли­ко­го кня­зя Иоан­на III Бо­рис Ва­си­лье­вич. На­слы­шан­ный о доб­ро­де­тель­ной жиз­ни ве­ли­ко­го по­движ­ни­ка Иоси­фа, он ра­душ­но при­нял его и раз­ре­шил по­се­лить­ся в пре­де­лах сво­е­го кня­же­ства при сли­я­нии рек Стру­ги и Сест­ры. Из­бра­ние это­го ме­ста со­про­вож­да­лось зна­ме­на­тель­ным яв­ле­ни­ем: на­ле­тев­шая бу­ря по­ва­ли­ла лес на гла­зах изум­лен­ных пут­ни­ков, как бы рас­чи­щая ме­сто для бу­ду­щей оби­те­ли. Имен­но здесь в июне 1479 го­да по­движ­ни­ки воз­двиг­ли крест и за­ло­жи­ли де­ре­вян­ную цер­ковь в честь Успе­ния Бо­го­ма­те­ри, освя­щен­ную 15 ав­гу­ста 1479 го­да. Этот день и год во­шли в ис­то­рию как да­та ос­но­ва­ния оби­те­ли Успе­ния Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы на Во­ло­ке Лам­ском, на­зы­ва­е­мой впо­след­ствии име­нем свя­то­го его ос­но­ва­те­ля. До­воль­но ско­ро мо­на­стырь был от­стро­ен. Мно­го тру­дов по­ло­жил при стро­и­тель­стве оби­те­ли сам ее ос­но­ва­тель. «Он был ис­ку­сен во вся­ком де­ле че­ло­ве­че­ском: ва­лил лес, но­сил брев­на, ру­бил и пи­лил». Днем тру­дясь со все­ми на мо­на­стыр­ском стро­и­тель­стве, но­чи он про­во­дил в уеди­нен­ной ке­лей­ной мо­лит­ве, все­гда па­мя­туя, что «по­хо­ти ле­ни­во­го уби­ва­ют» (Притч.21:25). Доб­рая сла­ва о но­вом по­движ­ни­ке при­вле­ка­ла к нему уче­ни­ков. Чис­ло ино­ков ско­ро уве­ли­чи­лось до ста че­ло­век, и ав­ва Иосиф во всем ста­рал­ся быть при­ме­ром для сво­их ино­ков. Про­по­ве­дуя во всем воз­дер­жа­ние и уме­рен­ность, он внешне ни­чем не от­ли­чал­ся от дру­гих – про­стое хо­лод­ное ру­би­ще бы­ло по­сто­ян­ной его одеж­дой, лап­ти из дре­вес­ных лык слу­жи­ли ему обу­вью. Он преж­де всех яв­лял­ся в цер­ковь, чи­тал и пел на кли­ро­се на­ря­ду с дру­ги­ми, го­во­рил по­уче­ния и по­след­ним вы­хо­дил из церк­ви. Но­ча­ми свя­той игу­мен об­хо­дил мо­на­стырь и кел­лии, обе­ре­гая по­кой и мо­лит­вен­ное трез­ве­ние вве­рен­ной ему Бо­гом бра­тии; ес­ли до­во­ди­лось ему услы­шать празд­ную бе­се­ду, он сту­ком в дверь из­ве­щал о сво­ем при­сут­ствии и скром­но уда­лял­ся.

Глав­ное вни­ма­ние пре­по­доб­ный Иосиф уде­лял внут­рен­не­му устро­е­нию жиз­ни ино­ков. Он ввел са­мое стро­гое об­ще­жи­тие по со­став­лен­но­му им «Уста­ву», ко­то­ро­му бы­ли под­чи­не­ны все слу­же­ния и по­слу­ша­ния ино­ков, и управ­ля­лась вся их жизнь: «и в хож­де­нии, и в сло­ве­сех, и в де­лех». Ос­но­вой Уста­ва бы­ло пол­ное нес­тя­жа­ние, от­се­че­ние сво­ей во­ли и непре­стан­ный труд. У бра­тии все бы­ло об­щее: одеж­да, обувь, пи­ща и про­чее. Ни­кто из ино­ков без бла­го­сло­ве­ния на­сто­я­те­ля ни­че­го не мог при­не­сти в кел­лию, да­же книг и икон. Часть тра­пезы ино­ки по об­ще­му со­гла­сию остав­ля­ли бед­ным. Труд, мо­лит­ва, по­двиг на­пол­ня­ли жизнь бра­тии. Мо­лит­ва Иису­со­ва не схо­ди­ла с их уст. Празд­ность рас­смат­ри­ва­лась ав­вой Иоси­фом как глав­ное ору­дие диа­воль­ско­го пре­льще­ния. Сам пре­по­доб­ный Иосиф неиз­мен­но воз­ла­гал на се­бя са­мые тяж­кие по­слу­ша­ния. Мно­го за­ни­ма­лись в оби­те­ли пе­ре­пиской бо­го­слу­жеб­ных и свя­то­оте­че­ских книг, так что вско­ре во­ло­ко­лам­ское книж­ное со­бра­ние ста­ло од­ним из луч­ших сре­ди рус­ских мо­на­стыр­ских биб­лио­тек.

С каж­дым го­дом оби­тель пре­по­доб­но­го Иоси­фа все бо­лее бла­го­устра­и­ва­лась. В 1484–1485 го­дах на ме­сте де­ре­вян­но­го был со­ору­жен ка­мен­ный храм Успе­ния Бо­го­ма­те­ри. Ле­том 1485 го­да его рас­пи­сы­ва­ли «хит­рые жи­во­пис­цы рус­ской зем­ли» Ди­о­ни­сий Икон­ник с сы­но­вья­ми Вла­ди­ми­ром и Фе­о­до­си­ем. В рос­пи­си церк­ви участ­во­ва­ли так­же пле­мян­ни­ки и уче­ни­ки пре­по­доб­но­го ино­ки До­си­фей и Вас­си­ан То­пор­ко­вы. В 1504 го­ду бы­ла за­ло­же­на теп­лая тра­пез­ная цер­ковь в честь свя­то­го Бо­го­яв­ле­ния, за­тем со­ору­же­на ко­ло­коль­ня и под нею – храм во имя Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы Оди­гит­рии.

Пре­по­доб­ный Иосиф вос­пи­тал це­лую шко­лу зна­ме­ни­тых ино­ков. Од­ни из них про­сла­ви­ли се­бя на по­при­ще цер­ков­но-ис­то­ри­че­ской де­я­тель­но­сти – бы­ли «пас­ты­ря­ми доб­ры­ми», дру­гих про­сла­ви­ли тру­ды про­све­ще­ния, иные оста­ви­ли по се­бе бла­го­го­вей­ную па­мять и бы­ли до­стой­ным при­ме­ром для под­ра­жа­ния сво­и­ми бла­го­че­сти­вы­ми ино­че­ски­ми по­дви­га­ми. Ис­то­рия со­хра­ни­ла для нас име­на мно­гих уче­ни­ков и спо­движ­ни­ков пре­по­доб­но­го игу­ме­на Во­ло­ко­лам­ско­го, впо­след­ствии про­дол­жав­ших раз­ви­вать его идеи.

Уче­ни­ка­ми и по­сле­до­ва­те­ля­ми пре­по­доб­но­го бы­ли мит­ро­по­ли­ты Мос­ков­ские и всея Ру­си Да­ни­ил († 1539) и Ма­ка­рий († 1563), ар­хи­епи­скоп Вас­си­ан Ро­стов­ский († 1515), епи­ско­пы Си­ме­он Суз­даль­ский († 1515), До­си­фей Кру­тиц­кий († 1544), Сав­ва Кру­тиц­кий, по про­зва­нию Чер­ный, Ака­кий Твер­ской, Вас­си­ан Ко­ло­мен­ский и мно­гие еще. По­стри­же­ни­ки Иоси­фо-Во­ло­ко­лам­ско­го мо­на­сты­ря за­ни­ма­ли пре­ем­ствен­но важ­ней­шие ар­хи­ерей­ские ка­фед­ры Рус­ской Церк­ви: свя­ти­те­ли Ка­зан­ские Гу­рий († 1563; па­мять 5 де­каб­ря) и Гер­ман († 1567, па­мять 6 но­яб­ря), свя­ти­тель Вар­со­но­фий, епи­скоп Твер­ской († 1576; па­мять 11 ап­ре­ля).

Де­я­тель­ность и вли­я­ние пре­по­доб­но­го Иоси­фа не огра­ни­чи­ва­лись мо­на­сты­рем. Мно­гие из ми­рян шли к нему по­лу­чить со­вет. Чи­стым ду­хов­ным ра­зу­мом про­ни­кал он в глу­бо­кие тай­ни­ки ду­ши во­про­шав­ших и про­зор­ли­во от­кры­вал им во­лю Бо­жию. Все жи­ву­щие во­круг мо­на­сты­ря счи­та­ли его сво­им от­цом и по­кро­ви­те­лем. Знат­ные бо­яре и кня­зья бра­ли его в вос­при­ем­ни­ки сво­им де­тям, ему от­кры­ва­ли свои ду­ши на ис­по­ве­ди, про­си­ли пись­мен­но­го ру­ко­вод­ства для ис­пол­не­ния его на­став­ле­ний.

Про­стой на­род на­хо­дил в мо­на­сты­ре пре­по­доб­но­го сред­ства к под­дер­жа­нию сво­е­го су­ще­ство­ва­ния в слу­чае край­ней нуж­ды. Чис­ло пи­та­ю­щих­ся на мо­на­стыр­ские сред­ства ино­гда до­хо­ди­ло до 700 че­ло­век. «Вся стра­на Во­лоц­кая к доб­рой жиз­ни при­ла­га­ша­ся, ти­ши­ны же и по­коя на­сла­жда­ше­ся. И Иоси­фе имя, яко свя­ще­ние некое, во устах всех об­но­ша­ше­ся».

Мо­на­стырь был про­слав­лен не толь­ко бла­го­че­сти­ем и по­мо­щью страж­ду­щим, но и про­яв­ле­ни­я­ми Бо­жи­ей бла­го­да­ти. Пра­вед­ный инок Вис­са­ри­он ви­дел од­на­жды на за­ут­ре­ни в Ве­ли­кую Суб­бо­ту Ду­ха Свя­то­го в ви­де бе­ло­го го­лу­бя, си­дя­ще­го на пла­ща­ни­це, ко­то­рую нес пре­по­доб­ный ав­ва Иосиф.

Игу­мен, при­ка­зав ино­ку мол­чать о ви­ден­ном, сам ра­до­вал­ся ду­хом, на­де­ясь, что Бог не оста­вит оби­те­ли. Тот же инок ви­дел ду­ши уми­ра­ю­щих бра­тий, бе­лые как снег, ис­хо­дя­щие из уст их. Ему са­мо­му от­крыт был день его кон­чи­ны, и он по­чил с ми­ром, при­ча­стив­шись Свя­тых Та­ин и при­няв схи­му.

Жизнь свя­то­го ав­вы Иоси­фа не бы­ла лег­кой и по­кой­ной. В труд­ное для Рус­ской Церк­ви вре­мя Гос­подь воз­двиг его как рев­ност­но­го по­бор­ни­ка пра­во­сла­вия на борь­бу с ере­ся­ми и цер­ков­ны­ми несо­гла­си­я­ми. Ве­ли­чай­шим по­дви­гом пре­по­доб­но­го Иоси­фа ста­ло об­ли­че­ние ере­си жи­дов­ству­ю­щих, пы­тав­ших­ся отра­вить и ис­ка­зить ос­но­вы рус­ской ду­хов­ной жиз­ни. Как свя­тые от­цы и учи­те­ли Все­лен­ской Церк­ви из­ло­жи­ли дог­ма­ты пра­во­сла­вия, воз­вы­шая свой го­лос про­тив древ­них ере­сей (ду­хо­бор­че­ских, хри­сто­бор­че­ских, ико­но­бор­че­ских), так свя­то­му Иоси­фу воз­ве­ще­но бы­ло Бо­гом про­ти­во­сто­ять лже­уче­нию жи­дов­ству­ю­щих и со­здать пер­вый свод рус­ско­го пра­во­слав­но­го Бо­го­сло­вия – ве­ли­кую кни­гу «Про­све­ти­тель». Еще к свя­то­му рав­ноап­о­столь­но­му Вла­ди­ми­ру при­хо­ди­ли из Ха­за­рии про­по­вед­ни­ки, пы­тав­ши­е­ся со­вра­тить его в иудей­ство, но ве­ли­кий кре­сти­тель Ру­си гнев­но от­верг при­тя­за­ния рав­ви­нов. По­сле это­го, пи­шет пре­по­доб­ный Иосиф, «Рус­ская ве­ли­кая зем­ля пять­сот лет пре­бы­ва­ла в пра­во­слав­ной ве­ре, по­ка враг спа­се­ния, диа­вол, не при­вел сквер­но­го ев­рея в Ве­ли­кий Нов­го­род». Со сви­той ли­тов­ско­го кня­зя Ми­ха­и­ла Олель­ко­ви­ча в Нов­го­род при­был в 1470 го­ду иудей­ский про­по­вед­ник Сха­рия (За­ха­рия). Поль­зу­ясь несо­вер­шен­ством ве­ры и уче­но­сти неко­то­рых кли­ри­ков, Сха­рия и его при­спеш­ни­ки вну­ша­ли ма­ло­душ­ным недо­ве­рие к цер­ков­ной иерар­хии, скло­ня­ли к мя­те­жу про­тив ду­хов­ной вла­сти, со­блаз­ня­ли «са­мо­вла­сти­ем», то есть лич­ным про­из­во­лом каж­до­го в де­лах ве­ры и спа­се­ния. По­сте­пен­но со­блаз­няв­ших­ся тол­ка­ли к пол­но­му от­ре­че­нию от Ма­те­ри-Церк­ви, по­ру­га­нию свя­тых икон, от­ка­зу от по­чи­та­ния свя­тых, яв­ля­ю­ще­го­ся ос­но­вой на­род­ной нрав­ствен­но­сти. На­ко­нец, ве­ли ослеп­лен­ных и об­ма­ну­тых к от­ри­ца­нию спа­си­тель­ных Та­инств и ос­нов­ных дог­ма­тов пра­во­сла­вия, вне ко­то­рых нет Бо­го­по­зна­ния, нет жиз­ни, нет спа­се­ния – дог­ма­та о Пре­свя­той Тро­и­це и дог­ма­та о Бо­го­во­пло­ще­нии. Ес­ли бы не бы­ло при­ня­то ре­ши­тель­ных мер – «по­гиб­нуть все­му пра­во­слав­но­му хри­сти­ан­ству от ере­ти­че­ских уче­ний». Так был по­став­лен во­прос ис­то­ри­ей. Ве­ли­кий князь Иоанн III, обо­льщен­ный жи­дов­ству­ю­щи­ми, при­гла­сил их в Моск­ву, сде­лал двух вид­ней­ших ере­ти­ков про­то­по­па­ми – од­но­го в Успен­ском, дру­го­го – в Ар­хан­гель­ском со­бо­рах Крем­ля, звал в Моск­ву и са­мо­го ере­си­ар­ха Сха­рию. Все при­бли­жен­ные кня­зя, на­чи­ная с воз­глав­ляв­ше­го пра­ви­тель­ство дья­ка Фе­о­до­ра Ку­ри­цы­на, брат ко­то­ро­го стал во­ждем ере­ти­ков, бы­ли со­вра­ще­ны в ересь. При­ня­ла иудей­ство и невест­ка ве­ли­ко­го кня­зя Еле­на Во­ло­шан­ка. На­ко­нец, на ка­фед­ру ве­ли­ких мос­ков­ских свя­ти­те­лей Пет­ра, Алек­сия и Ио­ны был по­став­лен мит­ро­по­лит-ере­тик Зо­си­ма.

Борь­бу с рас­про­стра­не­ни­ем ере­си воз­гла­ви­ли пре­по­доб­ный Иосиф и свя­ти­тель Ген­на­дий, епи­скоп Нов­го­род­ский († 1505; па­мять 4 де­каб­ря). Пер­вое свое по­сла­ние пре­по­доб­ный Иосиф на­пи­сал «О та­ин­стве Пре­свя­той Тро­и­цы» еще бу­дучи ино­ком Па­ф­ну­тье­ва Бо­ров­ско­го мо­на­сты­ря – в 1477 го­ду. Успен­ский Во­ло­ко­лам­ский мо­на­стырь с са­мо­го на­ча­ла стал ду­хов­ным опло­том пра­во­сла­вия в борь­бе с ере­сью. Здесь на­пи­са­ны глав­ные бо­го­слов­ские тво­ре­ния свя­то­го ав­вы Иоси­фа, здесь воз­ник «Про­све­ти­тель», со­здав­ший ему сла­ву ве­ли­ко­го от­ца и учи­те­ля Рус­ской Церк­ви, здесь ро­ди­лись его пла­мен­ные про­ти­вое­ре­ти­че­ские по­сла­ния, или, как сам пре­по­доб­ный скром­но их на­зы­вал, «тет­рад­ки». Ис­по­вед­ни­че­ские тру­ды пре­по­доб­но­го Иоси­фа Во­лоц­ко­го и свя­то­го ар­хи­епи­ско­па Ген­на­дия увен­ча­лись успе­хом. В 1494 го­ду был све­ден со свя­ти­тель­ской ка­фед­ры ере­тик Зо­си­ма, в 1502–1504 гг. бы­ли со­бор­но осуж­де­ны злей­шие и нерас­ка­яв­ши­е­ся жи­дов­ству­ю­щие – ху­ли­те­ли Свя­той Тро­и­цы, Хри­ста Спа­си­те­ля, Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы и Церк­ви.

Мно­гие дру­гие ис­пы­та­ния бы­ли по­сла­ны свя­то­му Иоси­фу – ведь Гос­подь каж­до­го ис­пы­ты­ва­ет в ме­ру его ду­хов­ных сил. Гне­вал­ся на свя­то­го то ве­ли­кий князь Иоанн III, лишь в кон­це жиз­ни, в 1503 го­ду при­ми­рив­ший­ся с угод­ни­ком Бо­жи­им и по­ка­яв­ший­ся в сво­ей преж­ней сла­бо­сти к жи­дов­ству­ю­щим, то удель­ный князь Во­лоц­кий Фе­о­дор, на зем­ле ко­то­ро­го на­хо­ди­лась его оби­тель. В 1508 го­ду пре­по­доб­ный пре­тер­пел неспра­вед­ли­вое за­пре­ще­ние от свя­ти­те­ля Се­ра­пи­о­на, ар­хи­епи­ско­па Нов­го­род­ско­го (па­мять 16 мар­та), с ко­то­рым вско­ре, од­на­ко, при­ми­рил­ся. В 1503 го­ду Со­бор в Москве под вли­я­ни­ем свя­то­го ав­вы и его уче­ний при­нял «Со­бор­ный от­вет» о непри­кос­но­вен­но­сти цер­ков­но­го до­сто­я­ния: «по­не­же вся стя­жа­ния цер­ков­ная – Бо­жия суть стя­жа­ния, воз­ло­жен­ная, на­ре­чен­ная и дан­ная Бо­гу». Па­мят­ни­ком ка­но­ни­че­ских тру­дов игу­ме­на Во­лоц­ко­го яв­ля­ет­ся в зна­чи­тель­ной сте­пе­ни и «Свод­ная Корм­чая» – огром­ный свод ка­но­ни­че­ских пра­вил Пра­во­слав­ной Церк­ви, на­ча­тый пре­по­доб­ным Иоси­фом и за­вер­шен­ный мит­ро­по­ли­том Ма­ка­ри­ем.

Су­ще­ству­ет мне­ние о раз­но­мыс­лии и несо­гла­сии двух ве­ли­ких ру­ко­во­ди­те­лей рус­ско­го ино­че­ства кон­ца XV–XVI сто­ле­тий – пре­по­доб­ных Иоси­фа Во­лоц­ко­го и Ни­ла Сор­ско­го († 1508; па­мять 7 мая). Их пред­став­ля­ют обыч­но в ис­то­ри­че­ской ли­те­ра­ту­ре как воз­гла­ви­те­лей двух «про­ти­во­по­лож­ных» на­прав­ле­ний в рус­ской ду­хов­ной жиз­ни – внеш­не­го де­ла­ния и внут­рен­не­го со­зер­ца­ния. Это глу­бо­ко невер­но. Пре­по­доб­ный Иосиф в сво­ем «Уста­ве» дал син­тез рус­ской ино­че­ской тра­ди­ции, непре­рыв­но иду­щей от афон­ско­го бла­го­сло­ве­ния пре­по­доб­но­го Ан­то­ния Пе­чер­ско­го через пре­по­доб­но­го Сер­гия Ра­до­неж­ско­го до на­ших дней. «Устав» про­ни­зан тре­бо­ва­ни­ем пол­но­го внут­рен­не­го пе­ре­рож­де­ния че­ло­ве­ка, под­чи­не­ния всей жиз­ни за­да­че спа­се­ния и обо­же­ния не толь­ко каж­до­го от­дель­но­го ино­ка, но и со­бор­но­го спа­се­ния все­го че­ло­ве­че­ско­го ро­да. Боль­шое ме­сто в «Уста­ве» за­ни­ма­ет тре­бо­ва­ние от мо­на­хов непре­рыв­но­го тру­да в со­еди­не­нии с внут­рен­ней и цер­ков­ной мо­лит­вой: «ни­ко­гда мо­на­ху празд­ным не быть». Труд как «со­бор­ное де­ло» пред­став­лял для Иоси­фа са­мую сущ­ность цер­ков­но­сти – ве­ру, во­пло­щен­ную в доб­рых де­лах, осу­ществ­лен­ную мо­лит­ву. С дру­гой сто­ро­ны, пре­по­доб­ный Нил Сор­ский, сам под­ви­зав­ший­ся несколь­ко лет на Афоне, при­нес от­ту­да уче­ние о со­зер­ца­тель­ной жиз­ни и «ум­ной мо­лит­ве» как сред­стве ис­их­аст­ско­го слу­же­ния ино­ков ми­ру, как по­сто­ян­ном ду­хов­ном де­ла­нии в со­че­та­нии с необ­хо­ди­мым для сво­е­го жиз­не­обес­пе­че­ния лич­ным физи­че­ским тру­дом. Но труд ду­хов­ный и труд физи­че­ский – две сто­ро­ны еди­но­го хри­сти­ан­ско­го при­зва­ния: жи­во­го про­дол­же­ния твор­че­ско­го дей­ствия Бо­жи­его в ми­ре, охва­ты­ва­ю­ще­го как иде­аль­ную, так и ма­те­ри­аль­ную сфе­ру. В этом от­но­ше­нии пре­по­доб­ные Иосиф и Нил – ду­хов­ные бра­тья, рав­ные про­дол­жа­те­ли свя­то­оте­че­ско­го цер­ков­но­го пре­да­ния и на­след­ни­ки за­ве­тов пре­по­доб­но­го Сер­гия. Пре­по­доб­ный Иосиф вы­со­ко це­нил ду­хов­ный опыт пре­по­доб­но­го Ни­ла и по­сы­лал к нему сво­их уче­ни­ков для изу­че­ния опы­та внут­рен­ней мо­лит­вы.

Пре­по­доб­ный Иосиф был ак­тив­ным об­ще­ствен­ным де­я­те­лем и сто­рон­ни­ком силь­но­го цен­тра­ли­зо­ван­но­го Мос­ков­ско­го го­су­дар­ства. Он один из вдох­но­ви­те­лей уче­ния о Рус­ской Церк­ви как пре­ем­ни­це и но­си­тель­ни­це древ­не­го Все­лен­ско­го бла­го­че­стия: «рус­ская зем­ля ныне бла­го­че­сти­ем всех одо­ле». Идеи пре­по­доб­но­го Иоси­фа, имев­шие огром­ное ис­то­ри­че­ское зна­че­ние, бы­ли раз­ви­ты поз­же его уче­ни­ка­ми и по­сле­до­ва­те­ля­ми. Из них ис­хо­дил в сво­ем уче­нии о Москве как тре­тьем Ри­ме ста­рец Псков­ско­го Спа­со-Еле­аза­ро­ва мо­на­сты­ря Фило­фей: «два убо Ри­ма па­до­ша, а тре­тий сто­ит, а чет­вер­то­му не бы­ти».

Взгля­ды иоси­ф­лян на зна­че­ние мо­на­стыр­ско­го иму­ще­ства для цер­ков­но­го стро­и­тель­ства и уча­стия Церк­ви в об­ще­ствен­ной жиз­ни в усло­ви­ях борь­бы за цен­тра­ли­за­цию вла­сти Мос­ков­ско­го кня­зя его про­тив­ни­ки – се­па­ра­ти­сты ста­ра­лись опро­верг­нуть в сво­их по­ли­ти­че­ских це­лях, недоб­ро­со­вест­но ис­поль­зо­вав для это­го уче­ние пре­по­доб­но­го Ни­ла Сор­ско­го о «нес­тя­жа­нии» – от­ре­че­нии мо­на­ха от мир­ских дел и соб­ствен­но­сти. Это про­ти­во­по­став­ле­ние по­ро­ди­ло лож­ный взгляд на враж­деб­ность на­прав­ле­ний пре­по­доб­ных Иоси­фа и Ни­ла. В дей­стви­тель­но­сти оба на­прав­ле­ния за­ко­но­мер­но со­су­ще­ство­ва­ли в рус­ской мо­на­ше­ской тра­ди­ции, до­пол­няя друг дру­га. Как вид­но из «Уста­ва» свя­то­го Иоси­фа, пол­ное нес­тя­жа­ние, от­каз от са­мих по­ня­тий «твое-мое» был по­ло­жен в его ос­но­ву.

Шли го­ды. Про­цве­та­ла со­здан­ная тру­да­ми и по­дви­га­ми пре­по­доб­но­го Иоси­фа оби­тель, а сам ее ос­но­ва­тель, ста­рея, го­то­вил­ся к пе­ре­хо­ду в веч­ную жизнь. Пе­ред кон­чи­ной он при­об­щил­ся Свя­тых Та­ин, за­тем со­звал всю бра­тию и, пре­по­дав ей мир и бла­го­сло­ве­ние, бла­жен­но по­чил на 76-м го­ду жиз­ни 9 ок­тяб­ря 1515 го­да.

Над­гроб­ное сло­во пре­по­доб­но­му Иоси­фу бы­ло со­став­ле­но пле­мян­ни­ком и уче­ни­ком его ино­ком До­си­фе­ем То­пор­ко­вым.

Пер­вое «Жи­тие» свя­то­го ав­вы на­пи­са­но в 40-х го­дах XVI сто­ле­тия по­стри­же­ни­ком пре­по­доб­но­го, епи­ско­пом Кру­тиц­ким Сав­вой Чер­ным по бла­го­сло­ве­нию мит­ро­по­ли­та Мос­ков­ско­го и всея Ру­си Ма­ка­рия († 1564). Оно во­шло в со­став­лен­ные Ма­ка­ри­ем «Ве­ли­кие Ми­неи-Че­тьи». Дру­гая ре­дак­ция «Жи­тия» при­над­ле­жит пе­ру об­ру­сев­ше­го бол­гар­ско­го пи­са­те­ля Льва Фило­ло­га при уча­стии ино­ка Зи­но­вия Отен­ско­го († 1568).

Мест­ное празд­но­ва­ние пре­по­доб­но­му бы­ло уста­нов­ле­но в Иоси­фо-Во­ло­ко­лам­ском мо­на­сты­ре в де­каб­ре 1578 го­да, к сто­ле­тию ос­но­ва­ния оби­те­ли. 1 июня 1591 го­да при пат­ри­ар­хе Иове уста­нов­ле­но об­ще­цер­ков­ное празд­но­ва­ние его па­мя­ти. Свя­ти­тель Иов, уче­ник во­ло­ко­лам­ско­го по­стри­же­ни­ка свя­то­го Гер­ма­на Ка­зан­ско­го, был ве­ли­ким по­чи­та­те­лем пре­по­доб­но­го Иоси­фа, ав­то­ром служ­бы ему, вне­сен­ной в Ми­неи. Уче­ни­ком свя­ти­те­лей Гер­ма­на и Вар­со­но­фия был так­же спо­движ­ник и пре­ем­ник пат­ри­ар­ха Иова – свя­щен­но­му­че­ник пат­ри­арх Гер­мо­ген († 1612, па­мять 17 фев­ра­ля), ду­хов­ный вождь рус­ских лю­дей в борь­бе за осво­бож­де­ние от поль­ско­го на­ше­ствия.

Бо­го­слов­ские тво­ре­ния пре­по­доб­но­го Иоси­фа со­став­ля­ют неотъ­ем­ле­мый вклад в со­кро­вищ­ни­цу пра­во­слав­но­го пре­да­ния. Как все цер­ков­ные пи­са­ния, вдох­нов­лен­ные бла­го­да­тью Свя­то­го Ду­ха, они про­дол­жа­ют быть ис­точ­ни­ком ду­хов­ной жиз­ни и ве­де­ния, со­хра­ня­ют свою бо­го­слов­скую зна­чи­мость и ак­ту­аль­ность.

Глав­ная кни­га свя­то­го ав­вы Иоси­фа пи­са­лась по ча­стям. Пер­во­на­чаль­ный ее со­став, за­кон­чен­ный ко вре­ме­ни со­бо­ров 1503–1504 го­дов, вклю­чал 11 Слов. В окон­ча­тель­ной ре­дак­ции, сло­жив­шей­ся по­сле кон­чи­ны пре­по­доб­но­го и имев­шей огром­ное ко­ли­че­ство спис­ков, «Кни­га на ере­ти­ки» или «Про­све­ти­тель» со­сто­ит из 16 Слов, ко­то­рым пред­по­сла­на в ка­че­стве пре­ди­сло­вия «По­весть о но­во­явив­шей­ся ере­си». Сло­во пер­вое из­ла­га­ет цер­ков­ное уче­ние о дог­ма­те Пре­свя­той Тро­и­цы, вто­рое – об Иису­се Хри­сте – Ис­тин­ном Мес­сии, тре­тье – о зна­че­нии в Церк­ви про­ро­честв Вет­хо­го За­ве­та, чет­вер­тое – о Бо­го­во­пло­ще­нии, пя­тое-седь­мое – об ико­но­по­чи­та­нии. В Сло­вах вось­мом-де­ся­том пре­по­доб­ный Иосиф из­ла­га­ет ос­но­вы хри­сти­ан­ской эс­ха­то­ло­гии. Один­на­дца­тое Сло­во по­свя­ще­но мо­на­ше­ству. В две­на­дца­том до­ка­за­на недей­стви­тель­ность про­кля­тий и пре­ще­ний, на­ла­га­е­мых ере­ти­ка­ми. По­след­ние че­ты­ре Сло­ва об­суж­да­ют спо­со­бы борь­бы Свя­той Церк­ви с ере­ти­ка­ми, сред­ства к их ис­прав­ле­нию и по­ка­я­нию.

См. так­же: «Па­мять пре­по­доб­но­го Иоси­фа Во­ло­ко­лам­ско­го» в из­ло­же­нии свт. Ди­мит­рия Ро­стов­ско­го.

 

***

 

Житие святителя Феодосия, архиепископа Черниговского

Картинки по запросу Свят. Феодосий, архиепископ Черниговский

Свя­ти­тель Фе­о­до­сий, ар­хи­епи­скоп Чер­ни­гов­ский, ро­дил­ся в на­ча­ле трид­ца­тых го­дов XVII сто­ле­тия в По­доль­ской гу­бер­нии. Он про­ис­хо­дил из древ­не­го дво­рян­ско­го ро­да По­ло­ниц­ких-Уг­лиц­ких; ро­ди­те­ля­ми его бы­ли иерей Ни­ки­та и Ма­рия. Бла­го­че­стие, ца­рив­шее в се­мье бу­ду­ще­го свя­ти­те­ля, бла­го­твор­но со­дей­ство­ва­ло ду­хов­но­му раз­ви­тию маль­чи­ка. С дет­ства он от­ли­чал­ся кро­то­стью и при­ле­жа­ни­ем к мо­лит­ве. При­род­ные спо­соб­но­сти юно­ши рас­кры­лись в Ки­е­во-Брат­ской кол­ле­гии при Ки­ев­ском Бо­го­яв­лен­ском мо­на­сты­ре. Это бы­ло вре­мя са­мо­го рас­цве­та кол­ле­гии (ко­нец со­ро­ко­вых го­дов XVII ве­ка), ко­гда ее рек­то­ра­ми бы­ли ар­хи­манд­рит Ин­но­кен­тий (Ги­зель), а за­тем игу­мен, впо­след­ствии ар­хи­епи­скоп Чер­ни­гов­ский, Ла­зарь (Ба­ра­но­вич), а в чис­ле на­став­ни­ков – иеро­мо­нах Епи­фа­ний (Сла­ви­нец­кий), иеро­мо­нах Ар­се­ний (Са­та­нов­ский), епи­скоп Бе­ло­рус­ский Фе­о­до­сий (Ба­ев­ский), игу­мен Фе­о­до­сий (Са­фо­но­вич) и Ме­ле­тий (Дзик), ко­то­рые бы­ли про­све­щен­ней­ши­ми людь­ми то­го вре­ме­ни. То­ва­ри­ща­ми свя­то­го Фе­о­до­сия по кол­ле­гии бы­ли бу­ду­щие вы­да­ю­щи­е­ся пас­ты­ри: Си­ме­он По­лоц­кий, Иоан­ни­кий Го­ля­тов­ский, Ан­то­ний Ра­ди­вил­лов­ский, Вар­ла­ам Ясин­ский. Ки­е­во-Брат­ская Бо­го­яв­лен­ская шко­ла яв­ля­лась в то вре­мя глав­ным цен­тром борь­бы пра­во­сла­вия про­тив на­па­док ка­то­ли­че­ско­го ду­хо­вен­ства, иезу­и­тов и уни­а­тов.

В го­ды обу­че­ния окон­ча­тель­но утвер­ди­лось при­зва­ние свя­то­го Фе­о­до­сия к ино­че­ско­му по­дви­гу: всё сво­бод­ное от за­ня­тий вре­мя он от­да­вал мо­лит­ве, бо­го­мыс­лию и чте­нию Свя­щен­но­го Пи­са­ния.

Мож­но по­ла­гать, что свя­той не окон­чил пол­но­го кур­са кол­ле­гии, так как по­сле ра­зо­ре­ния По­до­ла по­ля­ка­ми она на несколь­ко лет пре­кра­ти­ла свою де­я­тель­ность. Свя­ти­тель на всю жизнь со­хра­нил глу­бо­кую при­зна­тель­ность вос­пи­тав­ше­му его Ки­е­во-Брат­ско­му мо­на­сты­рю. В си­но­ди­ке Ки­е­во-Вы­ду­биц­ко­го мо­на­сты­ря сде­ла­но сле­ду­ю­щее за­ме­ча­ние о свя­том Фе­о­до­сии: «Был он муж бла­го­ра­зу­мен и бла­го­тво­рящ Ки­ев­ско­му Брат­ско­му мо­на­сты­рю».

По по­лу­че­нии об­ра­зо­ва­ния бу­ду­щий свя­ти­тель при­нял ино­че­ский по­стриг в Ки­е­во-Пе­чер­ской Лав­ре с име­нем Фе­о­до­сий, в честь пре­по­доб­но­го Фе­о­до­сия Пе­чер­ско­го (па­мять 3 мая).

Ки­ев­ским мит­ро­по­ли­том Ди­о­ни­си­ем (Ба­ла­ба­ном) он был по­став­лен ар­хи­ди­а­ко­ном Ки­е­во-Со­фий­ско­го со­бо­ра, а за­тем на­зна­чен на­мест­ни­ком мит­ро­по­ли­чье­го ка­фед­раль­но­го до­ма. Но вско­ре он оста­вил Ки­ев и по­се­лил­ся в от­да­лен­ном Кру­тиц­ком мо­на­сты­ре (Чер­ни­гов­ской епар­хии), воз­ле ме­стеч­ка Ба­ту­ри­на, сла­вив­шем­ся стро­гой ино­че­ской жиз­нью. Там он был по­свя­щен в сан иеро­мо­на­ха. В 1662 го­ду свя­той Фе­о­до­сий был на­зна­чен игу­ме­ном Кор­сун­ско­го мо­на­сты­ря Ки­ев­ской епар­хии, а в 1664 го­ду – на­сто­я­те­лем древ­не­го Ки­е­во-Вы­ду­биц­ко­го мо­на­сты­ря. Эта оби­тель неза­дол­го пе­ред тем на­хо­ди­лась в ру­ках уни­а­тов и бы­ла со­вер­шен­но ра­зо­ре­на. Но свя­то­му Фе­о­до­сию бла­го­да­ря сво­ей энер­гии и на­стой­чи­во­сти уда­лось быст­ро воз­ро­дить Вы­ду­биц­кий Ми­хай­лов­ский мо­на­стырь. Он осо­бен­но за­бо­тил­ся об устро­е­нии цер­ков­но­го бла­го­ле­пия. Он со­здал пре­крас­ный хор, ко­то­рый сла­вил­ся не толь­ко в Ма­ло­рос­сии, но и в Москве, ку­да свя­той Фе­о­до­сий в 1685 го­ду по­сы­лал сво­их пев­чих. За­бо­тясь о ду­хов­ном воз­рас­та­нии на­сель­ни­ков оби­те­ли, свя­той игу­мен, сам стро­гий по­движ­ник, устро­ил в 1680 го­ду неда­ле­ко от оби­те­ли, на ост­ро­ве Ми­хай­лов­щине, неболь­шой скит для бра­тии, же­лав­шей уеди­не­ния. Он на­зна­чил ту­да устро­и­те­лем и на­мест­ни­ком од­но­го из са­мых рев­ност­ных ино­ков оби­те­ли – иеро­мо­на­ха Иова (Опа­лин­ско­го). В быт­ность свя­то­го Фе­о­до­сия игу­ме­ном Ки­е­во-Вы­ду­биц­ко­го мо­на­сты­ря ему при­шлось пе­ре­жить тя­же­лые дни. Вме­сте с дру­ги­ми игу­ме­на­ми он был об­ви­нен Ме­фо­ди­ем, епи­ско­пом Мсти­слав­ским и Ор­шан­ским, в из­мене рус­ско­му пра­ви­тель­ству и в мни­мой пе­ре­пис­ке с из­мен­ни­ка­ми Рос­сии. 20 сен­тяб­ря 1668 го­да свя­то­му Фе­о­до­сию при­шлось да­вать объ­яс­не­ния по это­му де­лу. 17 но­яб­ря 1668 го­да кле­ве­та бы­ла об­на­ру­же­на, и свя­той Фе­о­до­сий вме­сте с дру­ги­ми игу­ме­на­ми по­лу­чил про­ще­ние. Прео­свя­щен­ный Ла­зарь (Ба­ра­но­вич) оце­нил вы­со­кие ду­хов­ные ка­че­ства свя­то­го Фе­о­до­сия и при­бли­зил его к се­бе. Он на­зы­вал его «ов­цой ста­да Хри­сто­ва, на­учив­шей­ся по­кор­но­сти», и про­ро­че­ски же­лал, чтобы имя свя­то­го Фе­о­до­сия бы­ло на­пи­са­но на небе­сах. Ко­гда в 1679 го­ду прео­свя­щен­ный Ла­зарь стал ме­сто­блю­сти­те­лем Ки­ев­ской мит­ро­по­лии, он на­зна­чил свя­то­го Фе­о­до­сия сво­им на­мест­ни­ком в Ки­е­ве, а сам оста­вал­ся в Чер­ни­го­ве. В ка­че­стве на­мест­ни­ка ме­сто­блю­сти­те­ля Ки­ев­ской мит­ро­по­лии свя­той Фе­о­до­сии при­ни­мал де­я­тель­ное уча­стие во мно­гих цер­ков­ных со­бы­ти­ях. В 1685 го­ду он участ­во­вал с пра­вом ре­ша­ю­ще­го го­ло­са в из­бра­нии епи­ско­па Ге­део­на (Чет­вер­тин­ско­го) мит­ро­по­ли­том Ки­ев­ским и вме­сте с Иеро­ни­мом (Ду­би­ною), игу­ме­ном Пе­ре­я­с­лав­ским, был по­слан в Моск­ву с из­ве­ще­ни­ем об из­бра­нии. В Москве оба пред­ста­ви­те­ля бы­ли при­ня­ты с по­че­том и ува­же­ни­ем. Ре­зуль­та­том это­го по­соль­ства бы­ло вос­со­еди­не­ние Ки­ев­ской мит­ро­по­лии с Рус­ской Пра­во­слав­ной Цер­ко­вью.

В 1688 го­ду свя­той Фе­о­до­сии был на­зна­чен ар­хи­манд­ри­том Чер­ни­гов­ско­го Елец­ко­го мо­на­сты­ря на ме­сто по­чив­ше­го ар­хи­манд­ри­та Иоан­ни­кия (Го­ля­тов­ско­го). С то­го вре­ме­ни вся де­я­тель­ность свя­то­го пе­ре­но­сит­ся из Ки­е­ва в Чер­ни­гов. Это на­зна­че­ние со­сто­я­лось глав­ным об­ра­зом по же­ла­нию прео­свя­щен­но­го Ла­за­ря. Свя­то­му Фе­о­до­сию при­шлось нема­ло по­тру­дить­ся над бла­го­устрой­ством Елец­кой оби­те­ли, так как мо­на­стырь этот, еще не опра­вив­ший­ся по­сле опу­сто­ше­ния иезу­и­та­ми и до­ми­ни­кан­ца­ми, был весь­ма бе­ден и неустро­ен. Тру­да­ми свя­то­го Фе­о­до­сия уда­лось до­стиг­нуть в про­дол­же­ние двух-трех лет для Елец­кой оби­те­ли бла­го­со­сто­я­ния, вполне обес­пе­чи­вав­ше­го ее су­ще­ство­ва­ние. Свя­той и в сво­ей но­вой долж­но­сти ока­зы­вал все­мер­ное со­дей­ствие прео­свя­щен­но­му Ла­за­рю во всех важ­ных де­лах. Он участ­во­вал в со­став­ле­нии со­бор­но­го от­ве­та Мос­ков­ско­му пат­ри­ар­ху Иоаки­му на его во­прос­ные гра­мо­ты об от­но­ше­нии Ки­ев­ской мит­ро­по­лии к Фло­рен­тий­ско­му Со­бо­ру и в об­суж­де­нии во­про­са о вре­ме­ни пре­су­ществ­ле­ния Свя­тых Да­ров, под­ня­то­го на этом Со­бо­ре. Ко­гда же пат­ри­арх не удо­вле­тво­рил­ся эти­ми от­ве­та­ми и в Моск­ву в на­ча­ле 1689 го­да был по­слан Ба­ту­рин­ский игу­мен свя­той Ди­мит­рий (Туп­та­ло) (бу­ду­щий мит­ро­по­лит Ро­стов­ский), свя­той Фе­о­до­сий ез­дил с ним в ка­че­стве пред­ста­ви­те­ля от прео­свя­щен­но­го Ла­за­ря. Ему по­ру­че­но бы­ло пе­ре­дать пат­ри­ар­ху от­вет­ное пись­мо и вы­яс­нить недо­ра­зу­ме­ния. 11 сен­тяб­ря 1692 го­да свя­той Фе­о­до­сий был тор­же­ствен­но хи­ро­то­ни­сан во ар­хи­епи­ско­па в Успен­ском со­бо­ре Мос­ков­ско­го Крем­ля.

Об управ­ле­нии свя­ти­те­лем Фе­о­до­си­ем Чер­ни­гов­ской епар­хи­ей со­хра­ни­лось ма­ло све­де­ний. Осо­бен­ное вни­ма­ние свя­ти­тель об­ра­щал на про­буж­де­ние и под­дер­жа­ние в пастве ду­ха ис­тин­но хри­сти­ан­ско­го бла­го­че­стия. С этой це­лью он за­бо­тил­ся о под­дер­жа­нии ста­рых и устрой­стве но­вых мо­на­сты­рей и хра­мов. В са­мом на­ча­ле его свя­ти­тель­ства по его бла­го­сло­ве­нию был со­здан Пе­че­ник­ский де­ви­чий мо­на­стырь, и он сам освя­тил храм этой оби­те­ли в честь Успе­ния Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы. В 1694 го­ду по его бла­го­сло­ве­нию был ос­но­ван Лю­бец­кий скит в двух вер­стах от Лю­бе­ча; в 1694 го­ду свя­ти­тель освя­тил в Дом­ниц­ком муж­ском мо­на­сты­ре храм в честь Рож­де­ства Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы, а ле­том 1695 го­да – ве­ли­че­ствен­ный храм в честь Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы, по­стро­ен­ный на вер­шине го­ры Бол­дин­ской близ древ­не­го Ильин­ско­го мо­на­сты­ря. При свя­ти­те­ле Фе­о­до­сии в Чер­ни­гов­ской епар­хии за­ме­ча­ет­ся осо­бен­ный подъ­ем и уси­ле­ние ино­че­ства. Свя­ти­тель уде­лял так­же боль­шое вни­ма­ние ду­хо­вен­ству и был стро­го раз­бор­чив при вы­бо­ре кан­ди­да­тов свя­щен­ства. Он осо­бен­но по­кро­ви­тель­ство­вал чер­ни­гов­ским ду­хов­ным шко­лам, при­гла­шал в них из Ки­е­ва уче­ных мо­на­хов, сре­ди ко­то­рых был свя­той Иоанн (Мак­си­мо­вич), бу­ду­щий мит­ро­по­лит То­боль­ский, сде­лав­ший­ся впо­след­ствии по­мощ­ни­ком и пре­ем­ни­ком свя­ти­те­ля и устро­и­те­лем чер­ни­гов­ских ду­хов­ных школ. Стро­гая спра­вед­ли­вость в от­но­ше­нии к ду­хо­вен­ству и пастве, глу­бо­кое со­стра­да­ние, снис­хо­ди­тель­ность и хри­сти­ан­ское ми­ро­лю­бие бы­ли от­ли­чи­тель­ны­ми чер­та­ми де­я­тель­но­сти свя­ти­те­ля Фе­о­до­сия. К нему ча­сто об­ра­ща­лись за по­мо­щью и со­ве­том не толь­ко пра­во­слав­ные, но и ли­ца дру­гих ис­по­ве­да­ний.

Но недол­го свя­ти­тель Фе­о­до­сии окорм­лял Чер­ни­гов­скую паст­ву. Чув­ствуя при­бли­же­ние смер­ти, он вы­звал к се­бе в Чер­ни­гов на­мест­ни­ка Брян­ско­го Свен­ско­го мо­на­сты­ря, свя­то­го Иоан­на (Мак­си­мо­ви­ча) и воз­вел его из иеро­мо­на­ха в ар­хи­манд­ри­та Чер­ни­гов­ско­го Елец­ко­го мо­на­сты­ря. В но­вом ар­хи­манд­ри­те он за­ра­нее го­то­вил се­бе пре­ем­ни­ка. 6 фев­ра­ля 1696 го­да свя­ти­тель Фе­о­до­сий скон­чал­ся и был по­гре­бен в Чер­ни­гов­ском ка­фед­раль­ном Бо­ри­со­глеб­ском со­бо­ре, за пра­вым кли­ро­сом, в осо­бо сде­лан­ном для то­го скле­пе. Впо­след­ствии его пре­ем­ник свя­ти­тель Иоанн (Мак­си­мо­вич) по­стро­ил над его гро­бом кир­пич­ный свод с хва­леб­ной над­пи­сью в сти­хах в бла­го­дар­ность за чу­дес­ное ис­це­ле­ние от тяж­кой бо­лез­ни. Осо­бое бла­го­дат­ное да­ро­ва­ние, ко­то­рое стя­жал свя­ти­тель Фе­о­до­сий, за­сви­де­тель­ство­ва­но его по­движ­ни­че­ской жиз­нью и со­кро­вен­ной по­мо­щью всем, воз­но­сив­шим ему мо­лит­вы.

Про­слав­ле­ние свя­ти­те­ля Фе­о­до­сия со­вер­ши­лось 9 сен­тяб­ря 1896 го­да.

 

 

 

 

 

 

Дополнительная информация

Прочитано 877 раз

Календарь


« Октябрь 2019 »
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
  1 2 3 4 5 6
7 8 9 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28 29 30 31      

За рубежом

Аналитика

Политика